– Поднимитесь, нлера, – голос бастарда прозвучал настолько холодно и непривычно, что Кара и не подумала ослушаться. Когда она встала и осмелилась посмотреть на мужчину, в нем не осталось и толики от дамского угодника, которым тот был минуту назад. Надменный светский хлыщ, интриган и кутила – сейчас он полностью оправдывал репутацию в обществе.
Что я сделала не так? – недоумевала лже-Лиса, – ведь восторженный молодой человек, рассыпающийся в комплиментах, добрый и внимательный – это настоящий виконт Натаниэль Вардел. И имя какое красивое, навевающее образы воздушных утонченных эльфов, по слухам, живущих далеко за морями на острове, где царит вечное лето и растут непроходимые леса.
– Вам достаточно было лишь упомянуть о небольшой услуге, и я бы не отказал. Таким красивым нлерам не отказывают. Мужчины, готовые расстаться с жизнью за одну только улыбку, должны вам угождать и предвосхищать малейшие желания. Я же ясно дал понять, насколько очарован вами и готов выполнить любой каприз. Так, почему же вы унизили меня, решив, что я из тех, кого трогают женские мольбы и слезы?
Вот теперь Кара точно ничего не понимала. Возможно ли, чтобы настоящая Мелисса так и поступила? Некстати вспомнились поучения Шейлин, которая старательно вдалбливала в головку дочери прописные истины. И да, постепенно до девушки дошло, что униженно просить за другого мужчину, когда для тебя и так готовы на все, значит, нанести удар по слабому и уязвимому месту – мужскому самолюбию.
– Вы отвергли мою искреннюю дружбу, Лиса. Быть может, предложите нечто иное? Как далеко вы готовы зайти, чтобы спасти того, кто не оценил великого дара, преподнесенного на блюдечке?
– Чего же вы хотите, виконт? – гордо вскинув голову, прошептала девушка. Она сама не поняла, отчего вдруг чаще забилось сердечко, а кожа, которой коснулись чужие губы, покрылась мурашками. Натаниэль всего лишь поцеловал запястье и часть ладони у основания большого пальца, но от этого так сладко замерло внутри, что Кара забыла, как дышать.
– Вас, Лиса! Я хочу вас, – хрипло прошептал мужчина и обнял девушку за талию, прижимая к себе неприлично близко. – Подарите мне то, что так ревностно берегли для другого. Вы станете только моей, потому что потом я уже никуда не отпущу… тебя.
– Вы что же… предлагаете выйти за вас замуж? – пролепетала лже-Лиса, наивно хлопая ресницами. Невообразимо приятный аромат восточных пряностей, сладкий с горчинкой, окутал девушку, стоило ей сделать пару вдохов. И эти манящие губы казались столь желанными. И темные глаза, в которых расширившийся зрачок вытеснил всю зелень, гипнотизировали и подавляли. И чуть подрагивающие от дыхания крылья носа, прямого, с аристократичной горбинкой, выдающей в мужчине удивительную схожесть с отцом, гордый профиль которого изображен на золотых монетах и знаком каждому жителю Ланибергии, притягивали и волновали. Роскошный и соблазнительный. Пусть и нелюбимый, но, несомненно, привлекательный мужчина. Даже внебрачное происхождение не умаляло влияния, приобретенное им при дворе. Законный же наследник был еще слишком мал и не обладал выдающимся даром ланибергских королей, который, будто в насмешку, унаследовал тот, кто никогда не займет трон. Выгодная партия с высокой вероятностью появления сильного потомства, которое, благодаря древней крови графов Шатор как раз и составит достойную конкуренцию королевской ветви. Не углубляясь в размышления, Кара осознала насколько этот союз невозможен. Это подтвердил и виконт.
– Нет, драгоценная нлера. Я не предлагаю стать женой – любовницей, да. Если хотите – фавориткой. Брак – это недоступная мне роскошь, увы.
– Но… как же? Я ведь люблю другого! И… не смогу. Это выше моих сил. Вы требуете невозможного, – на миг Кара утратила контроль, очнувшись в кресле, а настоящая Лиса забилась в истерике, обнаружив себя в объятиях мужчины.
Сознательно или нет, Кара бросила Мелиссу одну, но у будущего неофита на тот момент сдали нервы. Находиться в шаге от успеха и так опростоволоситься, подставить невинную девушку. Однако виконт предлагал выход, который бы устроит всех. Во-первых, Лерни избежит казни. Во-вторых – та же Мелисса, только выиграет, избавившись от ненужных чувств и участи белой вороны в академии. И в-третьих, сама Кара выполнит задание и восстановит долгожданную справедливость.
– Нет! – всхлипнула Мелисса, понимая, что не переступит через себя. – Да! – ответила Кара, решая за двоих. Тем более она, как никто другой, чувствовала терзания девушки. А также знала, что рано или поздно, но та согласится на все условия, однако драгоценное время, увы, будет упущено. Некстати оживший магический браслет больно ожег кожу. Это говорило о крайней степени нестабильности дара, готового сбросить оковы и, вырвавшись на свободу, натворить бед.
