Впрочем, избавляться от Венселии не понадобилось. Женщина сама покинула дом, причем так тихо и незаметно, что Карисса обнаружила это лишь когда заявилась к кормилице, настроившись на неприятный разговор. Щемящее чувство потери на миг сжало холодное сердце гордячки. Ари ни за что бы не признала, как привязалась к обычной служанке. Та понимала девушку без слов, защищала, когда она проказничала, и служила безотказной подушкой для слез, если в том возникала необходимость. После отъезда Шейлин непривычная тишина в доме пугала. Лиса пропадала в академии, совершенно покорив декана боевого факультета, отец – в разъездах, улаживал навалившиеся дела, а слуги передвигались как тени и не попадались хозяйке на глаза. Если бы не наставница по магии, которой спешно заменили герцога Райнера, взвыла бы со скуки. И вроде бы Карисса должна быть довольна тем, что все получилось, как она хотела. Но иногда девушка грустила и погружалась в воспоминания, в которых спорила с вечно соперничающей сестренкой, подстраивала каверзы Лерни и бегала за советами к Венс. В такие моменты графиня забиралась в тайное убежище и подолгу сидела на подоконнике, до рези в глазах вглядываясь в неизменный пейзаж за узким окном. Ари не помнила, как в руках оказалась куколка, которую кормилица смастерила лет десять-двенадцать назад. Тогда еще маленькая девчушка бережно относилась к подарку и затаскала «подружку» до дыр. И это несмотря на то, что в доме водились дорогие фарфоровые куклы с заводными механизмами. Повзрослев, Ари потеряла интерес к игрушкам, и те постепенно перекочевали в потайную комнатку, где и провалялись в пыли и мусоре долгие годы. От времени светлая когда-то ткань потемнела, нитки-волосы свалялись, а хлопковое платьице превратилось в грязную тряпку. Однако куколка по-прежнему улыбалась нарисованным ртом и смело смотрела на мир круглыми глазами-пуговицами. Графиня машинально погладила давнюю подружку, мысленно жалуясь той на свои беды. Нитки, иголка и ножницы нашлись на каминной полке – сестры часто рукодельничали вместе, оттого запаслись самым необходимым, давным-давно утащив у экономки необходимые принадлежности для тайных дел. Безжалостно раскромсав подол модного платья, Ари споро соорудила новый наряд. Но прежде принесла тазик с водой и тщательно накупала старую игрушку. После просушила ее на подоконнике и занялась испорченными волосами. На них сгодилась длинная бахрома новехонькой скатерти. Через час или два чуточку влажная куколка восседала на прикроватном столике в покоях Кариссы Шатор.
– Глупость какая, – фыркнула девушка, скептически поглядывая на игрушку. Но отчего-то рядом с ней было спокойнее. Даже зубодробильная формула нового заклинания, которую предстояло выучить к завтрашнему уроку, не казалась уже такой сложной. – Послезавтра поедем в академию. Тебе понравится.
Понятно, что никто Ари не ответил, но от пронзительного взгляда синих пуговичек сделалось не по себе. Девушка накинула на «подружку» ажурный платок и вновь уткнулась в задания. Уже через полчаса, шумно засопев, Карисса зашвырнула надоевший учебник в угол и отправилась на поиски экономки. Первая сплетница поместья точно знала, куда ушла Венселия. Спустя полчаса уговоров графиня сжимала в руке заветный листок с адресом. Поймав один из кэбов, которые в изобилии курсировали по улице Белого квартала, Ари направилась в Средний город. В нем проживали купцы, мастеровые, ремесленники, имеющие солидный достаток. За годы службы на семью Шатор Венселия наверняка скопила на приличный домик, так что Ари ничуть не удивилась, когда возница высадил ее у ворот крепкого двухэтажного строения, защищенного каменным забором.
Через решетку ворот виднелось высокое крыльцо, ухоженная дорожка и часть цветущего палисадника. Толкнув калитку, Карисса подивилась тому, что та оказалась не заперта. Не считая нужным предупредить о визите, девушка вошла в дом. Вид уютной гостиной портила неубранная посуда и знакомый сюртук, позабытый на спинке стула. Первый этаж занимала прихожая, кухня и хозяйственная кладовка – там ничего интересного не нашлось. Спальни и гостевые комнаты как правило обустраивали на втором этаже. Судя по всему, хозяйка дома и гость поднялись наверх с определенной целью. Графиня с трудом поборола вновь разгоревшуюся ярость – отец и не прекращал интрижку с прислугой. Наоборот, перевел ее в статус постоянных отношений.
