1. Чемоданы (большие) – 11336 шт.
2. Чемоданы (маленькие) – 9127 шт.
3. Рюкзаки – 6562 шт.
4. Портфели – 2768 шт.
5. Сумки жен. – 10965 шт.
6. Сумки дет. – 1743 шт.
7. Узлы (большие) – 3550 шт.
8. Уз…
Утро. 7.00.
Роман вносит в барак охапку дощечек из-под овощных ящиков.
Пулеметы строчат, но Роман их почти не слышит, а голоса тех, кого уводят за забор, становятся глуше и уже почти не беспокоят его.
Он начинает деловито и аккуратно заколачивать единственное окно.
Все дощечки ложатся плотно друг к другу, не оставляя ни одной щелочки.
И только крайнюю Роман прибивает не ровно, оставляя небольшой зазор для наблюдения.А вещи все прибывают. Их приносят два его помощника.
Роман исполняет свои обязанности по-деловому молча: принимает, пересчитывает, аккуратно сортирует по стеллажам и все подробно записывает.
В барак входят два немецких солдата с двумя стопками больших бухгалтерских книг.
Они кладут книги на стол и уходят.
Роман подходит к столу, долго смотрит на книги и… в глазах его вспыхивает огонек счастья, как у ребенка, которому на день рождения подарили то, чего он ждал целый год.
Он садится к столу, открывает одну из книг и видит штемпель «Киевский кожзавод». Роман аккуратно разглаживает первую, абсолютно чистую страницу и начинает писать…
«Перечень поступивших…»
Роман лишь на мгновение задумывается… но уже через секунду, отогнав от себя, как назойливую муху, какую-то мысль, продолжает.
В барак заглядывает Николай.
Роман и Николай семенят в сторону того самого туалета. Николай забегает в туалет, а Роман стоит у входа, переминаясь с ноги на ногу.
Роман отрицательно мотает головой.
Николай выбегает из туалета, на ходу застегивая брюки.
Николай хлопает Романа по плечу и друзья-приятели бегут на рабочие места.
Сигнал к обеду – сирена.
Роман берет свою миску и ложку, выходит из барака и идет к подводе, на которой располагается кухня.
Идет, смотря только в землю, считая мелкие камешки, попадающиеся по пути.
У подводы приходится стоять в очереди: первыми идут немцы, а уж потом полицаи и рабочие. У раздачи висит большой плакат, написанный по-русски:
«Уносить обед с собой не разрешается! Есть на виду!»
Получив обед, Роман отходит в глубь двора, глядя в миску, пересчитывая крупинки в жидком супе.
Доев обед, он, по привычке, облизывает ложку и разворачивается, чтобы идти назад.
Его взгляд случайно падает на группку курящих: среди них и молодой полицай, что тащил его из туалета, – он что-то энергично рассказывает окружающим, кивая в сторону Романа.
Сердце Романа начинает бешено колотиться…
Он резко опускает голову и, чтобы не выдать своего волнения, медленно идет к бараку…
Его уши снова слышат выстрелы, голоса и стоны…
Две маленькие черноглазые девочки, те самые, что сидели на пригорке, берут Романа за руки и куда-то ведут… Роман послушно идет за ними… Они подводят его к небольшому белому холмику… Вдруг «холмик» начинает шевелиться… И оказывается старухой, завернутой в белую простыню… Она улыбается Роману беззубой улыбкой и, откинув одной рукой край простыни, другой манит его к себе…
Роман послушно ложится на простыню лицом к лицу со старухой… А это уже и не старуха, а тот молодой полицай… Он накрывает Романа с головой краем простыни… Роману нечем дышать…
Он пытается вырваться… Но со стеллажей на него начинают сыпаться чемоданы и сумки… Беззвучный крик застревает в его горле… И тут он совершенно отчетливо слышит: Началось!!!
Роман вскрикивает и просыпается…
Перед ним взволнованное лицо матери.
