Правитель Сиракуз, как догадываюсь, понял, что непродуманный, эмоциональный штурм провалился, встал и, наверное, сказал приближенным что-то очень приятное, потому что они от счастья сразу разбежались в разные стороны, после чего зашел в шатер. Всё, на сегодня представление окончилось. Антракт до утра или дольше. Сиракузские актеры, то есть воины, провалившие свои роли победителей, тут же разошлись по гримёркам, то есть в шалаши и под навесы в своем лагере у подножия холма.
С крепостной стены тут же спустились на веревках несколько добровольцев и начали собирать и передавать наверх трофеи, заодно добивая раненых врагов. Добычи было много. Увидев это, сиракузские лучники попытались помешать им, но наши, бившие с крепостных стен дальше, отогнали завистливых коллег.
Со всех сторон начало слетаться воронье. Сперва садились возле трупов по ту сторону рва, местами засыпанного, а теперь еще и заваленного телами, затем, карикатурно подпрыгивая, перемещались ближе к стене. Начинали с лакомств — глаз, губ. Некоторые трупы обклевывали сразу по несколько птиц, не скандаля при этом, как обычно. Кому жизнь долой, кому пир горой.
Бодмелькарт, командир гарнизона Лилибейона, был настолько удовлетворен итогами отражения штурма, что не сразу поверил и принял мой план.
— Напасть на такую большую армию маленьким отрядом⁈ Да ты с ума сошел! — воскликнул он.
— Сиракузцам тоже не придет в голову, что мы решимся на такое. Уверен, что дозоры они выставят только напротив города, а с тыла можно будет подойти незаметно, — объяснил я и промотивировал: — Если получится, осада будет снята, заживете, как раньше, не боясь следующего штурма, который может оказаться не таким удачным для нас, как этот. Я уже не говорю, что тебя сочтут достойным возглавить гарнизон Карфагена.
Покраснев от смущения, он произнес огорченно:
— Нет, в Карфаген меня не назначат, связей нет. Я из сариним (бедняков) выслужился к старости лет. Разве что переведут в город побольше.
— Тоже неплохо, — подсказал я.
— Ладно, делай, как хочешь, но из гарнизона никого не дам. Набирай из тех, кто приплыл в последние дни, — разрешил Бодмелькарт.
Гарнизонные крысы мне и не нужны были. Там служат трусливые лодыри, которые только брать взятки умеют. Погибнуть за други своя им не по плечу и не по нраву. Я собрал приплывших за две ходки на шхуне и горожан, желавших отомстить сиракузцам, объяснил, что и как собираюсь сделать.
— Успех и большие трофеи не обещаю, но скучно не будет, — закончил я шутливо.
Желающих поучаствовать в авантюре нашлось почти три сотни. Я назвал свой отряд «Триста спартанцев», чем сильно польстил, несмотря на то, что Спарта сейчас враг Карфагена. Выдвинулись с наступлением темноты, когда во вражеском лагере стало тихо, погасла бо́льшая часть костров. На галерах и рыбачьих лодках нас перевезли севернее города. Берег там каменистый, пустынный, ни полей, ни пастбищ, ни селений. Я проверил, у всех ли имеются белые повязки на головных уборах, которые по большей части были шапками, набитыми овечьей шерстью, и на правом плече. В темноте это будет лучший определитель «свой-чужой». Построил добровольцев так, как ходят спартанские моры. У воинов других греческих полисов большие проблемы со строевой подготовкой. Выйдя на дорогу, идущую неподалеку от берега к Лилибейону, пошли по ней открыто, но молча. Я разрешил обмениваться впечатлениями только на греческом языке, который мало кто знал.
Ночь была безветренная и теплая, но не настолько, чтобы запели цикады. На Сицилии их много. Иногда трещат так громко, что заснуть не дают. Некоторые неадекватные греки держат их дома в клетках в роли домашнего оркестра. Римляне наоборот не переваривают этих насекомых. Карфагеняне к ним нейтральны. Считают всего лишь звуковым символом летней жары.
Примерно через час мы приблизились к обозу сиракузской армии. Немногочисленные караульные заметили нас и приняли за своих. Мои воины порывались начать с разграбления нагруженных арб, но я приказал заткнуться. Наша цель — лагерь сикулов, сицилийского племени, союзника Сиракуз. Они, трусливые и нестойкие — слабое звено, поэтому расположились дальше остальных от Лилибейона, сразу за обозом. Караулов у них не было. Понадеялись на греков, лагерь которых ближе к городу. Пришедшие со мной воины построились в линию на дистанции вытянутой руки между собой и по моей команде приступили к делу.
