– Вот же блин! – выругался я, глядя на потолок. – К нам жалует Мукта.
Боп!
У моих ног расплескалась вода, и передо мной возникла знакомая бронированная фигурка Куа‑тин. Мой интерфейс отключился.
– Зев! – завопила Пончик. – Где ты была? Я беспокоилась.
– Привет, Карл, привет, Принцесса Пончик. Я явилась для анализа вашего шоу.
– Так ты в порядке? – не успокаивалась Пончик.
– Да, благодарю. Я получила выговор от системы ИИ. Мои полномочия приостановили, решив, что я сжульничала, когда предупредила вас об
– Нам что‑то грозит? – спросила Пончик. – Этот гнусный орк очень нелюбезно вёл себя с Карлом.
– Нет, – сказала Зев. – Ваша попытка отказаться от обязательства по интервью была неправомерной. Но сейчас корпорация «Борант» хочет поблагодарить вас за проявление должного уважения к ней. «Борант» вполне довольна вами.
– Поблагодарить нас? – поразился я. – В самом деле?
Должное уважение? Меня замутило от мысли об уважении к чему бы то ни было, что исходит от «Боранта». Дурак всякий, кто принял страх за уважение. Политика в данной области настолько сложна, что не стоит и пытаться её объяснить. И всё же: эта программа, производимая на частных основаниях, находится в собственности и под управлением принца фракции, состоящей в союзе с другой фракцией, а интересы той противоречат интересам системы «Борант». Если раскрывать эти схемы, у вас только голова пойдёт кругом.
– Если вам несимпатичны эти типы, отчего вы заставляете нас давать им интервью? Зев, это шоу немыслимо чудовищно. Оно…
«Оно почти так же жестоко, как сама игра», – едва не закончил я и добавил:
– Оно оскорбительно.
Зев кивнула.
– И я хотела бы принести вам извинения. Мукта не должен был регистрировать вас на этом шоу. То, которое выбрала для вас я, тоже адресовано молодёжи, но там предполагалась дискуссия о тактиках, к которым вы прибегаете в Подземелье. Там творческий подход. Теперь к вашему вопросу. «Боранту» запрещены любые ограничения в отношении производящих компаний, входящих в Синдикат. Особенно если они связаны со спонсорами программ. ИИ чрезвычайно строго следит за соблюдением этого запрета. Все вопросы, связанные с деньгами, тщательно контролируются, а в этом сезоне – как никогда.
– Так этот мусорный Маэстро – принц? – воскликнул я. – Ну, тогда понятно, отчего он такой шибздик. Я не подозревал, что он королевского рода. Думал, это шоу не приносит хороших денег.
– Принц‑то он действительно принц, – сказала Зев, – но владеет производственной системой его старший брат, кронпринц Дюжий. Я думаю, их отец в некоторой степени финансово поддерживает шоу. Может быть, для того чтобы у них было занятие.
Мне вспомнился голос, который угрожал нам, когда мы попробовали положить с прибором на это шоу. Если это был он, значит, он неменьший недоумок, чем младший брат.
– Принц Дюжий? Имя почти такое же похабное, как и Маэстро.
– Они орки. А у орков всё выходит бархатно.
Я не имел понятия, что означает «бархатно», но предположил, что «претенциозно».
– Значит, они не то же, что клыкастые? Нет, видно, что это разные расы, просто я думал, что клыкастые правят всеми орками.
– Клыкастые – правители Оркского Владычества. Дюжий и Маэстро – принцы империи Черепов. Это совершенно другая система. Если сравнить Оркское Владычество с парнишкой в ларьке с лимонадом, то империя Черепов – это корпорация «Уолмарт». Одно из крупнейших и старейших правительств Синдиката.
– Да‑да, он что‑то говорил о создании Поиска. – Я глянул вниз, на Пончика. – И ещё он вскользь упоминал девятый этаж. Что он там будет.
– Прошу прощения, вот это я пока не могу с вами обсуждать. Сейчас Мордекай уполномочен рассказать вам о третьем этаже. Но это всё.
– А есть что‑нибудь такое, о чём вы можете рассказать? – спросил я.
Как будто мой вопрос причинил ей боль.
– Могу сказать, что каждые три этажа устроены одинаково. Более или менее. Третий, шестой, девятый и так далее связаны между собой, а природа этой связи разъяснится позже.
Мне вспомнилось, как Мордекай шепнул мне, что «Борант» старается побыстрее закончить игру.
– Что будет, если все обходчики погибнут, не дойдя до девятого этажа?