Пончик : «МОЖЕТ БЫТЬ УБЬЁМ ИХ? МЫ НАВЕРНОЕ ДОЛЖНЫ ИХ УБИТЬ».
Это было бы нетрудно: бесплатный опыт. Я уже понял: раз дверь палаты босса открыта, эти вторые ворота тоже почти наверняка открыты. Но что‑то говорило мне, что убивать не стоило. Я вспомнил совет Мордекая, касавшийся комнат боссов: всегда будет подсказка.
Карл : «Не спеши. Не время. Оценим обстановку».
Я остановился перед одной из клеток. Там спиной к нам сидел динго. Он тяжело дышал. Я приветствовал его, перекрикивая музыку:
– Здорово, дружище, как оно?
Динго повернул голову ко мне. У него не было одного глаза, причём травма казалась недавней. Белая морда была перепачкана кровью. Затем я разглядел на его боку и шее многочисленные шрамы, как старые, так и относительно свежие.
Одна песня закончилась. После секундной паузы грохнула новая, такая же громкая и тяжёлая. Но в краткий промежуток тишины я услышал, как от главной палаты босса в нашу сторону движется нечто.
Под подбадривающие крики.
И я уже знал, что это.
«Проклятье», – подумал я. Мне было мерзко в этом месте. Я каждым своим нервом ненавидел его.
И я посмотрел на дверь логова босса.
Затем я исследовал свой инвентарь.
Я достал корм из своего склада и бросил его в клетку.
Пончик : «КАРЛ ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ. ЭТО МОЯ ЕДА».
Карл : «Экспериментирую. Посмотрим, что получится».
Пончик : «ЭТО САМОЕ ПОДЛОЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО».
Карл : «Тебе известно, что зрители этот чат не видят. Так что не разыгрывай драматическую королеву».
Динго мучительно поднялся на лапы, понюхал маленький съедобный кусочек и съел его. Потом снова сел и повернулся спиной. На миникарте одна точка мигнула и сделалась белой.
Йа‑а.
Мы проделали ту же процедуру со всем собаками в клетках. Всего их было четырнадцать, большинство – не в лучшем физическом состоянии, чем первая.
В трёх клетках лежали мёртвые динго. Я подумал, не попросить ли Пончика воскресить их перед схваткой, но не видел способа открыть клетки. Пончиково десятимановое заклинание
Сейчас запас Пончика составлял двадцать восемь пунктов маны. У неё оставались две половинки тоста маны и куча восстанавливающих зелий, хотя при неизбежных для неё двух минутах перезагрузки между зельями их полезность в битве стремилась к нулю. Мы решили выждать и посмотреть, кто будет нашим первым противником.
Мой план не был головокружительным, но он был безопасным. Кажется, дверь главной палаты не открывалась – во всяком случае, пока, – поэтому мы остановились на испробованном методе зажигательной бомбардировки с бегством с места взрыва.
Но едва я достал из склада зажигательную флягу, удача отвернулась от нас.
Музыка резко прекратилась. У меня зазвенело в ушах, появилась тяжесть в голове. В палате уже не было слышно приветственных криков. Двойные ворота начали медленно раскрываться. За нами захлопнулась входная дверь второй палаты. Над головой заиграла новая, более знакомая мелодия.
Чертыхаясь, я побежал к воротам. На бегу я успел удивиться тому, насколько же меня изменила прошедшая неделя. Прежний инстинкт велел бы мне спрятаться. А теперь я рванул навстречу опасности.
Я зажёг фитиль на фляге и швырнул её в расширяющийся проём. Едва фитиль успел заняться, как створки резко распахнулись, и наружу ломанулась толпа – штук сорок ликующих и распевающих кобольдов. Я не заметил вообще никакого босса.
И тут мир застыл. Кобольды глядели и глядели на зависшую в воздухе флягу, похожую на нарисованную комету, в их глазах так и застыло потрясение.
Моё внимание привлёк один из кобольдов, замерший в середине массы. Кажется, он также принадлежал к наездникам пятого уровня, но был одет значительно лучше: шуба, вероятно, из шкуры динго, и сапоги со шпорами. Этот кобольд был на голову выше прочих. В руках он держал небольшую клетку размером примерно с коробку для обуви. Пальцы кобольда застыли тогда, когда он открывал дверцу; входное отверстие клетки было направлено прямо на нас, наподобие пушечного дула.
«Ох‑хо», – подумал я.
Перед глазами полетели наши фотоснимки со знаком
