Из своего богатого детективного опыта я знала, что неплохо бы завязать с кем-нибудь продолжительную и обстоятельную беседу, но такого собеседника еще стоило поискать. Поэтому для начала подойдет спонтанное общение как раз вот с такими тетеньками у магазина. Также я знала, что многое могут рассказать продавцы, особенно из местных — главное, определить нужного человека. Порой из незначительного разговора могут всплыть самые неожиданные детали и подсказки.
Однако начать свои поиски я решила именно с вокзала, ибо это то место, куда изначально ступила нога искомой Вероники.
Внутри здания было почти так же пусто, как и на улице. В просторном зале ожидания никого не было, кроме жужжащих мух и одного мужичка в промасленном комбинезоне и надвинутой на нос кепке. Он растекся по деревянному креслу и явно находился в состоянии дремы.
На кассе за большим стеклом сидела разомлевшая и явно скучающая женщина средних лет. Рядом с ней я увидела раскрытую книгу в мягкой обложке — видимо, кассирша коротала тут большую часть времени за чтением детективов. И это было мне на руку — сейчас я устрою ей элементы детектива в реальной жизни.
Когда моя фигура попала в поле ее зрения, кассирша оживилась. В эту минуту, как мне показалось, в ней боролись два противоположных начала — привычное нежелание двигаться и любопытство. Второе желание все-таки пересилило первое — она даже протерла сонные глаза и с интересом уставилась на меня. Я еще не успела подойти к кассе, как она с надеждой в голосе спросила:
— Едете куда-нибудь? Ближайшая электричка до Тарасова только в час. А «Ласточка» в восемь вечера.
У кассира было распаренное добродушное лицо, напоминающее свежеиспеченный блинчик, блестящий от растаявшего на нем масла. Я сразу определила, что такой тип женщин бывает сговорчивым и я непременно найду с ней общий язык. И не ошиблась.
— У вас тут не слишком весело, — сказала я, улыбаясь.
— Да не говорите! Какое уж тут веселье! — проворчала кассирша. — Тьмутаракань — одним словом.
— И всегда у вас так? — поинтересовалась я.
— Ну нет уж! — как бы даже обиделась она. — К концу недели вон — пачками едут. Кто в Тарасов, кто из Тарасова. И проходящие пассажирские несколько раз в неделю, люди заходят-выходят… Это сейчас такое время — затишье. Скоро электричка придет — движение будет. Да и студентов много. Они в Тарасове учатся, а сюда приезжают на выходные. Хотя молодежи мало осталось — все уезжают из таких городков, скоро никого тут не останется, — поведала мне словоохотливая женщина.
— Вы, наверное, своих всех в лицо знаете? — спросила я. — Раз часто ездят…
Она солидно кивнула.
— Многих знаю, конечно. Городок не больно-то велик. Вот вы точно не местная! — уверенно сказала она.
— Верно. — Я улыбнулась. — А раз в основном ездит молодежь, то они могут тут примелькаться.
— Да всех не упомнишь, к тому же сейчас, сами знаете, времена другие пошли. Молодежь-то редко к кассе подходит, все в своем интернете билеты берут. Ох, придет время, и кассиры совсем будут не нужны. — Женщина горестно вздохнула.
— Раз уж мы заговорили о молодежи, то я уверена, вы сможете мне помочь. Дело в том, что я журналист из Тарасова, — сказала я и сделала вид, что полезла в свою сумочку, чтобы извлечь из нее свой «левый» документ, если вдруг любопытная кассирша его попросит. Она не попросила.
— Вот как! Это очень любопытно. И что же вас привело в наш скромный городок? — Теперь женщина смотрела на меня с еще большим любопытством. — И знаете, что… — она даже оторвалась от своего кресла и подалась в сторону двери, — подходите сюда, а то через стекло неудобно разговаривать.
Женщина открыла дверь и пододвинула к проходу кресло. Я встала напротив — согласна, так разговаривать было намного комфортнее.
— Меня зовут Татьяна. Понимаете, мы часто делаем репортажи из таких вот скромных, как вы выразились, городков. Особенно нас интересует вопрос молодежи. Чем сейчас в таких местах занимаются молодые люди, кроме того, что большинство учатся. Как обстоят дела с преступностью среди несовершеннолетних. Есть ли пьянство и тому подобное…
Кассирша посмотрела на меня теперь со жгучим интересом, явно втягиваясь в мою игру. Потом глубоко вздохнула и неожиданно ответила:
— Пороть их некому!.. У меня сын, слава богу, путевый. Выучился и махнул в Москву. Даже мне иногда денежкой помогает. А так что же… Всякое тут у нас бывает. Но молодежь в основном самогоном балуется. Но не думаю, что я вас этим удивила. Тоже мне сенсация! Во все времена была эта самогонка, будь она неладна! А так, да… особенно по теплу и если какой праздник, вот день города был — по улице пройти нельзя, да и лучше не выходить вечером. Зальют глаза и морды бьют друг другу. Мне кажется, они везде есть, но не могу сказать, что у нас их прям много. Ну, встречать не приходилось.
— Согласна, вы мне описали ситуацию, типичную для таких населенных пунктов. Поэтому спрошу конкретнее: был слух, что у вас тут молодежь в какие-то секты организуется. Вы что-нибудь слышали про это?
Кассирша недоверчиво посмотрела на меня и махнула пухлой рукой.
