Не, правда, а чего они там делают? Похоже, Бес насчёт сейфа раскололся. Ладненько, пора ноги уносить. Пока самого не отработали. И так еле живой, хорошо порезвились гады. Я ведь только теперь осознал, что мог уже на том свете быть. А здесь я оказался очень просто. По логике если, то закинули меня к Бесу в огород, чтобы следы замести. На собаку списали бы всё, сволочи.
Не, совсем невмочь идти. Ноги отбиты, рёбра саднят. Надо бы в сарае, что ли, отсидеться. Закрыт, зараза. Надо уходить, надо спрятаться где-то. Ох-хо, что же это там такое происходит. Оконные рамы звонко тренькнули, из комнаты раздался хлопок. В лёгких сумерках как фото блиц сверкнуло. Я, позабыв про боль, как заяц, сиганул за смородиновый куст. Из дома больше не доносилось ни звука. Похоже, я отсюда нескоро уйду. Если вообще мне не суждено здесь крякнуть. Стало страшно и обидно одновременно. Вспомнился Лысый. Сгинул, наверное, где-то в лапах этих гадов. Глаза предательски защипало. На опавшей листве было очень удобно, клянусь, я бы и заснул тут, если бы не жуть, меня охватившая. Да комары за дело взялись. Без них тошно. Я знал, что комары чуют запах крови не хуже акул, пришлось теперь в этом убедиться. Давить этих вампиров на своём, разбитом вдребезги лице не доставляло удовольствия. Поэтому я закрыл голову руками и терпел их назойливый звон. Целые сонмища устроились попировать на моём бренном теле.
Через некоторое время я всё же решил сваливать, пока не поздно. Но не успел ещё и голову поднять, как входная дверь гулко бухнула об косяк. Похоже, вечер перестаёт быть томным. Кто же это? Батюшки, сам Бес. Вот это сюрприз. Следом никого. Ай да мужик! Как же он уделал этих мясников? Видно, и ему перепало — вон, как пьяного шатает.
Бес прошагал мимо меня, ненадолго задержался, оглядываясь по сторонам, и направился к калитке. Он вышел из пределов видимости, лёжа мне его уже не было возможности разглядеть. Однако подниматься во весь рост у меня желания не возникло. Единственное, чего я сейчас хотел, это оказаться дома, подальше отсюда.
Однако любопытство не давало мне покоя, и я поднялся на колени в надежде увидеть, ушёл Бес или ещё стоит возле калитки. Нет, я не трус, но, когда, сфокусировав своё зрение, понял, что гляжу Бесу прямо в лицо, мне стало нехорошо. Сердце ударило в рёбра и встало. Возникло ощущение невесомости. Он смотрел мне в лицо со странной смесью удивления и ужаса в глазах. И, хотя между нами был не один десяток метров, мне казалось, что я дышу ему в подбородок.
Неизвестно, сколько бы эти гляделки продолжались, но Беса вдруг унесло куда-то, а на его месте оказалась машина, какой-то джип по виду. Что-то жалобно хрустнуло там, и всё стихло. Как вам объяснить ситуацию, когда видишь одно, а в голове осмысливаешь то, что было минуту назад? Вот и я не знаю, но, когда Беса сбила машина, мне стало ясно, что он смотрел не на меня, а куда-то левей и немного выше. Подчиняясь собственным инстинктам, я тут же оглянулся и едва не вскрикнул от неожиданности. Одно из окон было освещено огнём горящей занавески. Я невольно сделал шаг назад, запутался в смородиновом кусте и рухнул на землю.
