Конечно, я был против такого поворота событий, так как всё утро мечтал посидеть в одиночестве, полностью посвятив себя своим мыслям. Но, как обычно, вежливость взяла верх, и я любезно предложил ему сесть. Мужчина поблагодарил меня и заказал подошедшей официантке двойную порцию «Коста-Рики». Незнакомец выглядел так, словно только что сошел с иллюстрации из книги о моде начала пятидесятых годов. Такой облик ему придавали общий стиль одежды и аристократические черты лица. Мужчине на кастинг бы, подумал я, и роль загадочного мудреца у него в кармане». Изюминкой, дополняющей образ, служила аккуратная черная клиновидная бородка с небольшими пепельными проседями. Не смотря на продуманный стиль, в образе мужчины чего-то не хватало, но я не мог сказать, чего именно. Ответ маячил перед глазами, но я не мог сфокусировать на нём взгляд.
– Меня зовут Асперо, – сказал мужчина и протянул руку.
– Очень приятно, – я пожал руку, отмечая про себя крепкое рукопожатие, – Алекс.
Он достал сигарету и сунул её в рот. Прикурив серебряной зажигалкой, он внимательно посмотрел на меня и сказал:
– Кошмары снятся только тогда, когда подсознание упорно хочет тебе что-то сказать. Ты знал это?
Официантка принесла мне мой кофе и предупредила, что напиток слишком горячий и должен постоять ещё минут пять. Я кивнул и повернулся к Асперо.
– С чего Вы решили, что у меня кошмары? – спросил я, сохраняя невозмутимое выражение на лице.
– Я многое вижу, – просто сказал Асперо.
Я поднял кружку, подсознательно воздвигая фарфоровый барьер между мной и собеседником. Но из этого ничего не вышло, посудина была просто адски горячей, поэтому пришлось снова поставить её на стол. Мужчина, наблюдая за моими действиями, спрятал в бороде усмешку и затянулся сигаретой.
– Вижу людей простых. Вижу людей особенных. Но яснее всего вижу людей, которые совсем недавно начали понимать свою особенность. Именно поэтому я сел к Вам.
– И в чём же моя особенность, о которой я не так давно узнал?
– Откуда же я могу знать? – улыбнулся Асперо, – это знание только Ваше и ничьё более. Не переживай, скоро ты научишься, как пить дать. Ты отличаешься от окружающих тебя людей. В тебе нет суеты. А твоя звезда горит ярче других.
Я вопросительно посмотрел на него.
– У каждого есть своя звезда, – продолжил он, – когда человек рождается, загорается его звезда. Она – его хранитель. Даже у нашего Солнца есть свой подопечный. Когда он умрет, светило потухнет. Яркость звезды зависит от того, правильный ли путь выбрал человек.
– Тогда, человек, благодаря которому горит Солнце – долгожитель, – заметил я.
– Время относительно, его придумали люди, чтобы попытаться измерить неизмеримое. Времени вообще не существует. Сколько времени прошло для меня? Два дня или две тысячи лет? Я не могу сказать. А может наша звезда покровительствует Богу. Этого я тоже не могу сказать.
– Две тысячи лет?
– Мои года – моё наказание, – пожал плечами Асперо.
– Почему же моя звезда горит ярче других? – спросил я. Мой таинственный собеседник заворожил меня.
– Скажи мне, ты счастлив? – Асперо проигнорировал мой вопрос.
– Я всегда стремился к спокойствию, а не к счастью. К этому я и иду, а если упаду, встану и пойду дальше. Наверное, это для меня счастье.
– Как хорошо, что ты это понимаешь, – ответил мой собеседник, – если бы люди думали так же, как ты. На земле было бы больше рек и озер.
– Не понимаю.
– Что тут не понять, – пожал плечами Асперо, – в идеальном мире нет ни морей, ни океанов, а на Земле они появились от слез людских. Если развитие человечества будет двигаться согласно заданному вектору, океан поглотит материки, как когда-то Атлантиду.
Я сделал глубокую затяжку. В общем-то, мужчина вызывал симпатию. От Асперо просто веяло каким-то спокойствием и добротой. Вместо того, чтобы подняться и уйти из кофейни, закрыв диалог, как мне подсказывал мой разум, я решил остаться и немного поговорить с ним. Мужчина располагал к беседе, словно хороший психиатр. Хотя с другой стороны – хороших психиатров не бывает. Но так или иначе, над ним висела мнимая табличка: «давай, расскажи мне, расскажи мне всё, а я тебе помогу».
– У меня такое ощущение, – сказал я с некоторым раздражением, – что с недавнего времени я живу в каком-то другом мире. Усугубляет ситуацию то, что половина города знает какие-то важные, но недоступные мне тайны. Я уже устал от всех загадок и недомолвок. Хотелось бы ясности, пока меня не поглотила паранойя.
– Если у человека паранойя, это не значит, что у него нет врагов, – таинственно улыбнулся Асперо, – так говорил Генри Киссинджер, по-моему, очень точно подмечено.
– Нет, правда, в чем дело? Скоро будет неделя, как вокруг меня начали твориться загадочные вещи и странные события, которые трудно объяснить с рациональной точки зрения.
Я замолчал, так как к нашему столу подошла официантка, неся дымящуюся кружку для Асперо. Я потрогал кружку, температура упала до комфортного уровня. Сделав глоток ароматного кофе, я немного успокоился. Когда официантка удалилась, Асперо сказал: