– Ага, экзорцизм, только наоборот, – сказал он, и первый раз за сегодняшний день улыбнулся, – ну что же, попробуй. Вдруг получится. Буду российским Фоксом Малдером.
– Хорошо, тогда нам нужно посетить квартиру доктора А.В. Романова. Я так понимаю, у Вас есть адрес?
*
Когда мы вышли, я почувствовал накрапывающий дождик. Небо было затянуто серыми тучами. Это привносило хоть какое-то разнообразие в беспросветно теплую весеннюю погоду правившую бал в последние дни. Я обрадовался мелкому дождику: теперь погода начала соответствовать моему настроению.
Мы сели в автомобиль лейтенанта и направились к месту жительства жертвы «сердечного приступа», доктора исторических наук А.В. Романова. Откровенно говоря, я слабо представлял какой результат я получу осмотрев жилище мёртвого ученого. На своём последнем допросе Климент сказал, что Романова пришлось убить из-за чрезмерного любопытства. Возможно, доктору наук удалось заполучить какую-то важную информации о корпорации Нецах.
Что касается моих умозаключений о подозреваемой в убийстве Кимми, я не хотел в настоящее время ими делиться с лейтенантом Гинзбургом. Я не был до конца уверен в том, что вина в смерти моего друга целиком и полностью лежит на болезненной девушке с неустойчивой психикой. Если даже Лиза и нанесла смертельный удар, я не хотел нового самосуда. Пусть лейтенант оформляет преступницу согласно законам нашей страны.
Оказалось, место назначения находилось не так далеко от моего дома. Не успел я погрузится в свои мысли, как лейтенант Гинзбург припарковал машину возле старинного здания.
Доктор исторических наук А.В. Романов до своей смерти проживал на территории университетского городка, в привилегированном доме для преподавателей постройки начала двадцатого века. Строение впечатляло. В оформлении главного фасада неизвестный мне архитектор использовал элементы классицизма. В глаза бросались балконы с волютами, пилястры верхнего яруса и карнизы с сухариками. В граните высечены геральдические орнаменты, а окна украшены декоративными металлическими конструкциями. Гостей, проходящих через главную арку дома, встречала женская маска-горельеф. Дом находился в прекрасном состоянии. Мне нравилось, когда старые здания не сносили, а реставрировали. Все-таки это живая история. Чем больше старых домов в городе, тем уютнее в нем. Такие дома помнят многое, плохое, хорошее, ужасное. И момент смерти доктора наук, этот дом, скорее всего, тоже запомнил.
– Если он жил один, – спросил я, – кто нам откроет дверь?
– Как говорил Макиавелли, – ответил Гинзбург, – цель оправдывает средства. Если бы все сыщики, следовали предписаниям, то процент закрытых дел резко бы уменьшился. Лично я не вижу ничего зазорного, в том, чтобы «зайти в гости» к нашему покойному доктору, пока не появились душеприказчики или наследники. Мы же не воровать идём. Вперёд!
Вот это настоящий блюститель порядка. Рыцарь на механическом коне в современных джунглях. Сэр Галахэд, из Авалона. На одно мгновение я даже почувствовал себя его оруженосцем. Я открыл парадную дверь, церемонно пропуская вперёд себя лейтенанта.
Подъезд был чистым и аккуратным. Потолок покрывал незатейливый гипсовый рельеф. Простенькая вязь из цветочков и листочков создавала ощущение музея. Деревянная дверь в квартиру доктора также была украшена резьбой. Лейтенант внимательно её осмотрел и одобрительно хмыкнул. Немного поразмыслив, сыщик постучал в дверь, видимо для проверки.
– Никого, – прокомментировал он, не дождавшись ответа на стук.
Осмотревшись по сторонам и убедившись, что за нами никто не наблюдает, он приступил к открытию двери. До этого дня я был уверен, что только в фильмах замки открываются так просто. Гинзбург достал из кармана несколько скрепок, изогнул их под какими-то углами, и принялся уверенно ковыряться в замочной скважине. Не прошло и десяти секунд, как замок издал сухой щелчок.
– Вот так, – Гинзбург приоткрыл дверь и впустил нас внутрь, после чего аккуратно её притворил, – очень просто. Проходи и не будь как дома. Ничего не трогай на всякий случай.
– Научите так же повелевать замками? – спросил я, улыбаясь.
– Профессиональный секрет.
Мы прошлись по чистенькой квартирке, состоящей из двух комнат. В жилище доктора витали слабо ощутимые запахи старости и смерти. В кухне ничего не обнаружилось, за исключением симпатичной антикварной мебели и старинных сервизов. В спальню мы тоже едва заглянули, она не представляла никакого интереса. А вот кабинет сразу привлек наше внимание. Стены помещения были заставлены стеллажами, полки которых ломились от книг, преимущественно по истории, а в центре комнаты стоял огромный деревянный стол. Он был так огромен, что казалось будто этот предмет мебели является королём всей квартиры.
– Окей, мы здесь, – промолвил лейтенант, – нарушаем закон. Теперь-то ты можешь сказать, что мы ищем?
Я вздохнул и нехотя ответил:
– Ищем любые записи, где упоминается корпорация Нецах. Всё что угодно. Любые документы.
– Нецах? Что это значит?
– Триумф, – ответил я.