– Истину говорите! Надо же! Огромное количество золота создает проблемы! Оно, напротив, должно их устранять.
– Но это уже в Бристоле у нас при таких деньгах не будет проблем. А здесь уж давайте попыхтим.
Друзья взялись за второй сундук, вытащили его наверх и попробовали нести. Джон удовлетворенно взглянул на пастора.
– Думаю, осилим.
Тот утвердительно кивнул головой:
– Тяжеловато, но вполне сносно. С Божьей помощью да с частым отдыхом, я думаю, к вечеру доберемся.
– Ну и хорошо! В путь!
– Постойте! Постойте! А как же это?! Нужно спрятать, или хотя бы прикидать землей.
После долгого и даже изнурительного пути путники к вечеру таки добрались к бухте. Сундук, поначалу казавшийся не очень уж и тяжелым, под конец пути стал почти неподъемным, подходя к воде, двое бедолаг не только еле тащили сундук, но и ноги. Однако хотя и с нечеловеческими усилиями, но дело все же довели до конца. Вскоре сундук уже стоял в капитанской каюте. И только они его туда заволокли, тут же свалились в постель. Сон одолел обоих сразу, в том числе и пастора, который всю дорогу мечтал первым делом пойти на камбуз и отправить в желудок увесистый кусок солонины. Сейчас он забыл и про камбуз, и про солонину.
Однако утром оба кладоискателя этот пробел восполнили, дружно управившись с двойной порцией пищи. Так сказать, за вчера и за сегодня. После чего оба принялись осуществлять задуманное накануне. Была разыскана крепкая парусиновая ткань, раскроена, а дальше пастор принялся за занятие, которое ему довелось выполнять в первые дни пребывания на «Фунте удачи». Навыки, приобретенные тогда, теперь пригодились сполна. Были сшиты четыре куля-сумы с ремнями через плечо, в которых намеревались переносить сокровища. Они оказались очень удобными для этой цели. Теперь нагрузка ложилась на оба плеча, а не только лишь на руки, как накануне, да и золота за один раз друзья брали вмеру, чтобы не перегружать себя и не надрываться. Решено было: лучше лишний раз сделать «золотой рейс», нежели пыхтеть надрываясь.
Двух дней кладоискателям хватило, чтобы управиться со всеми делами, и на исходе следующего дня они усталые, но удовлетворенные и счастливые позволили себе праздничный ужин, «с кружечкой винца», о чем мечтали еще в начале поисков. До глубокой ночи захмелевшие и размечтавшиеся удачливые искатели сокровищ строили планы на будущее, хотя под конец говорил только пастор, а Джон слушал вошедшего в раж собеседника и лишь поддакивал ему.
Утром пастор в прекрасном расположение духа вышел на палубу и сладко потянулся после сна, подставляя еще сонное лицо ласковым лучам утреннего солнца. При этом он удовлетворенно кивал под нос какие-то псалмы, или песенки. Вышедший вслед за ним Джон был не столь радостен.
– Не разделяю вашего веселья. Вы забыли, что вам предстоит. Кстати! Джон проворно возвратился в кормовые помещения и вскоре вышел оттуда, держа на изготове два пистолета. Пастор побледнел. Он попятился назад к фальшборту:
– Нет! Нет-нет! Вы не сделаете этого! Вы ведь уверяли, что это даже не придет вам в голову. Смилуйтесь! Не убивайте!
Джон широко открыл глаза от удивления.
– Да Бог с вами, святой отец! Как вы могли подумать такое?! Я ведь имел в виду совершенно другое. – При этих словах Джон из обеих рук выстрелил вверх в воздух. Опуская пистолеты, он укоризненно покачал головой. – Вы ведь помните: мы договаривались привлечь внимание выстрелами тех, кто, возможно, есть на острове?
Пастор облегченно вздохнул и даже прикрыл от переизбытка эмоций глаза. Однако, тут же встрепенулся:
– Не делайте этого, господин Кросс. Мы ведь договорились, что поделим все сокровища поровну, пополам. А вдруг кто-то отзовется на эти выстрелы, примчится и придется с ними делиться?
Джон улыбнулся:
– Скажите честно, святой отец: тогда на «Футе удачи», когда на палубе стояли полные сундуки золота, а вас тащили к борту, чтобы выбросить в воду, вы, наверное, в тот миг были согласны даже на небольшую долю, только лишь бы остаться на корабле. Ведь так?
Пастор поджал губы и почесал затылок.
– Признаться, так… Но ведь сейчас-то нам ничего не грозит.
