Становилось все холоднее и холоднее, одна за другой на флотилию налетали безжалостные бури, но капитан-генерал не отступал, он требовал двигаться вперед и настаивал на том, что впереди их ждет обещанный пролив…
Каждый вечер Магеллан уединялся в своей каюте, доставал из шкатулки заветную карту и вглядывался в нее.
На юге должен быть пролив…
Карта не обманывает…
И наконец на второй год плавания впереди показался узкий пролив, ведущий в глубь материка.
Целый месяц потрепанные корабли Магеллана с невероятным трудом пробирались через пролив, сквозь извилистые скалистые проходы под непрерывно налетающими бурями — и наконец впереди показалось открытое море.
Моряки едва не плакали от радости: цель экспедиции была достигнута…
Но трудности на этом не закончились.
Потрепанные бурями корабли плыли теперь на север, а потом — на северо-запад.
С каждым днем становилось теплее, но океан на их пути был пустынен — ни островов, ни каких-то признаков человека.
Корабли Магеллана день за днем, неделю за неделей плыли по бескрайнему Тихому океану.
Провизия заканчивалась, а хуже всего — заканчивались запасы пресной воды.
Наконец, когда все были уже на грани истощения, на горизонте показался первый остров. Высадиться на нем не удалось из-за скалистых берегов и сильного прибоя, но моряки смогли наловить возле острова акул для пропитания.
Вскоре им все же удалось высадиться на необитаемом острове, где нашлась чистая вода и достаточно фруктовых деревьев.
Там моряки провели некоторое время, чтобы отдохнуть от лишений и вылечить больных и раненых.
Флотилия плыла еще три месяца и наконец достигла населенных островов.
Острова эти были многолюдны и богаты, их жители охотно меняли на железные изделия и яркие бусы золото и пряности.
Магеллан приободрился.
На одном из этих островов раб Магеллана Энрике, родившийся на Суматре, встретил людей, которые говорили на его языке.
Таким образом, круг замкнулся: впервые мореплаватели обогнули земной шар…
Магеллан почувствовал, что цель экспедиции достигнута и его ждет слава и богатство.
Но трудности и опасности на этом не закончились.
Как положено истинному католику, Магеллан старался крестить обитателей новооткрытых земель.
Кто-то из них охотно соглашался, впечатленный силой испанского оружия, кто-то отказывался.
Магеллан пытался применить к упрямцам силу, но на одном из островов он столкнулся с ожесточенным сопротивлением местного вождя Лапу-Лапу.
