Над письменным столом у Ярдли висело вставленное в рамку письмо от госсекретаря Стимсона. Два абзаца возмущенной риторики завершались словами: «И напоминаю вам, мистер Ярдли, что джентльмены не читают чужих писем». Ярдли сохранил письмо как напоминание о том образе мыслей, которому вынужден противостоять.
От него только что ушли еще две криптографистки. Одна, год прозанимавшись дешифровкой, уволилась, обвинив Ярдли в том, что он натравливает на нее невидимого бульдога. Другая продержалась четырнадцать месяцев. Каждую ночь она видела во сне, что бредет по безлюдному берегу с огромным мешком камней, подыскивая на пляже пару каждому камешку. Когда она однажды разрыдалась на работе, ее пришлось уволить. Осталосьтри новеньких, только-только осваивающих шифры. Так ли было в пору Версальского договора и конференции по разоружению! Тогда в Черном кабинете сутки напролет трудились ученые и миссионеры, владеющие языками всех союзных и неприятельских стран, а доклады Ярдли поступали прямиком к президенту. Ярдли ездил в Париж, день и ночь расшифровывал иностранные телеграммы, заказывал шампанское за счет министерства обороны и, хотя не завязал во Франции Романа, основал контору, которую назвал La Chambre Noir.[41]
Теперь это всё в прошлом, а дальше может быть еще хуже. Тут Ярдли не одинок – после смерти Гардинга весь Вашингтон трудился не покладая рук, чтобы доказать новой администрации свою нужность. Перед приходом Старлинга Ярдли как раз гадал, какой взять тон.
Он положил стопку монографий на край стола, рядом с тремя шифровками, которые прочитал по просьбе полковника, и прикусил большой палец. Нет ли здесь ловушки? Если Старлинг придерживается старомодного мнения, что джентльмен не читает письма других джентльменов, то Ярдли сам подписал себе приговор. Две шифровки были достаточно невинны, но при мысли о третьей он снова прикусил палец – так сильно, что остались следы от коронок.
И еще: у него есть козырь. Нечто такое, о чем Старлинг не знает.
Час спустя полковник сидел за столом и с легкой улыбкой просматривал заявку на финансирование. Ярдли дышал тихо, но неровно. Ему стало окончательно не по себе в тот момент, когда Старлинг заговорил – спокойно, с кентуккским акцентом. Полковник – джентльмен до мозга костей, джентльмены в услугах дешифровщика не нуждаются. Ярдли погладил отметины от зубов на пальце, готовясь выложить причины, по которым Черный кабинет нельзя распускать.
– Итак, – сказал он, – каков наш новый президент?
– Замечательный человек, – пробормотал полковник.
– М-м-м… Слышал, он любит сыр. Вермонтский чеддер. Полковник кивнул, по-прежнему не поднимая глаз от заявки на финансирование.
– М-м-м… и послеобеденный сон. И еше очень бережлив. Насколько я понимаю, он уже одолжил у вас десять центов. Ха-ха. – Ярдли только что не трясся от волнения.
Полковник поднял глаза.
– Кто вам сказал?
– Слухом земля полнится. – Ярдли замер. Это была его любимая присказка, но она, очевидно, пришлась Старлингу не по душе. – Ну, вы знаете, наше дело – собирать информацию. – Полковник по-прежнему смотрел холодно. У Ярдли зачесалось все тело. – Может быть, показать вам кой-какие образчики?
Они легли ему на стол сегодня утром – три сообщения, с просьбой Старлинга расшифровать их.
– Итак, первое сообщение, насколько я понимаю, от бутлегера. Кто-то из Канады, если я правильно понял.
– Вы правы, мистер Ярдли.
– Явно мелкая сошка. Не представляет большой угрозы для закона Волстеда,[42] но не мне учить вас вашей работе, верно? Ха-ха.
Он передал Старлингу листок бумаги:
– Думаю, охота на крыс означает перевозку джина, а суммы значительно преуменьшены. Всё остальное как есть.
– Агенты министерства финансов нашли эту записку вместе с грузом джина, следовавшим в Чикаго, – сказал Старлинг, откладывая листок в сторону.
– Только подумать, мазурик, а не может найти себе девушку.
– Меня тоже удивил общий тон, мистер Ярдли.
– Любит чужую жену. Ха-ха!
Старлинг изобразил улыбку.
– Что во втором сообщении?
– О да. Первоклассный шифр, но я взломал его за пятнадцать минут. Из «Стандарт ойл энд петролеум». Химические анализы с оклахомского месторождения – процентные содержания метана, бутана, сырой нефти и всё такое. Они зашифровали сообщение, потому что посылали его телеграфом.
– А третье?
