А девушка решила прогуляться по городу, прежде, чем отправляться на виллу. Она думала о двух встречах и удивлялась. Фактически никто ничего не сказал. Много слов, и никакой информации. Даже непонятно зачем они встречались с фра Маттео видимо, нельзя было не явиться к официальному лицу епархии в Ассизи. Также и Аньезе. Зачем она подошла, если ничего и не сказала?
Но если эскиз и вправду полноценная картина, все меняется. За такие деньги могут и убить. Антиквар не понял, что попала в его руки?
Но мысли все время уходили в сторону от картины и убийства. Никогда, ни разу за все время их знакомства Никколо не смотрел на Сашу так, как на прекрасную Аньезе. Хотя он не делал предложения, это подразумевалось в ближайшем будущем, они даже пытались жить вместе, но сегодня девушка поняла, что все это было абсолютно не серьезно.
Только что она впервые увидела, как любовь ударила человека молнией прямо в сердце. Прямо на ее глазах. И ничем другим это просто не может быть.
Она представила лицо Аделе делла Ланте, когда графиня узнает, в кого влюбился ее сын. Это будет цирк! Саша не завидовала невероятной красоте девушки. И совсем не ревновала. Просто произошедшее на ее глазах, может никогда не случиться в жизни человека, но уж если случилось, да в твоем присутствии — поверишь в стрелы Купидона.
И тут она резко остановилась, а две пожилых монахини врезались в нее сзади, залепетали что-то возмущенно, но Саша их даже не заметила. Она поняла, на кого похожа девушка. Или это обман зрения, или Аньезе — вылитая мадонна с картины Пинтуриккьо!
Никколо вернулся задумчивый и одухотворенный, точь-в точь Саша после поедания джелато.
Он прогуливался с матерью по террасе, а девушка тихонько наблюдала за ними из своего маленького окошка. На лице Аделе — радость, что все наладилось, и она наверняка приписывает Александре счастливый вид сына. А Саша тревожилась. Будь на месте Никколо комиссар тосканской полиции Лука Дини, она давно бы била во все колокола. У них есть общие друзья, которым можно доверять. А кого звать на помощь сейчас? Не графиню же!
Саша села на кровать, задумалась. У них осталось два дня, чтобы найти убийцу, узнать, кто украл картину, и не испортить праздник Аделе делла Ланте и маленькому маркизу. Все, что зависело от нее, она сделала, поговорила с антикваром, потом вместе с Никколо встретилась с дочерью бывшей владелицы картины. Остальное в руках карабинеров.
Но так хочется узнать, кто изображен на картине и откуда картина появилась в монастыре! Братья Гуталини не заинтересованы в раскрытии этой тайны, не хотят говорить ни о чем кроме «божественного присутствия». им больше не нужны ее услуги.
Саша представила ангела, который ждет ночи, чтобы тихонько доставить картину в монастырь и никому не сказать, где он ее взял и зачем повесил на стену. Так ангелы точно не работают, это же смешно!
Как же хочется с кем-то поговорить, в беседе появляются новые мысли… И что скрывать, был лишь один человек, которому хотелось все рассказать. Она не ожидала, что будет так сильно скучать и так сильно ощущать пустоту без него…
Порой случается удар молнии, а порой ты лишь со временем понимаешь, как дорог тебе другой человек. То, что пришло в ее жизнь с Лапо, тосканским принцем-виноделом, было для нее новым. Это чувство было настоящим, правильным, драгоценным. И если позволить маленькой пчелке, которая щекочет крылышками душу, улететь, то краски мира сразу поблекнут.
Саша решила сходить в базилику к Святому Франциску. До вечерней мессы еще есть время и она тихонько вышла на лестницу, потом за ворота виллы и вызвала такси.
На подходах к базилике даже во второй половине дня, когда автобусы с туристами и паломниками разъехались, было многолюдно. Молодая монахиня застыла на смотровой площадке, глядя на просторы умбрийской долины, задумалась о чем-то. Две старушки под руку шустренько покатились колобочками вниз по крутой улочке, застыли у витрины очередного туристического магазинчика с религиозным уклоном, что-то пылко обсуждают. Босоногий, несмотря на осень, монах в ветхой коричневой рясе, из тех, кто остался верен идеям первых францисканцев и соблюдал обет нищеты, торопился по своим делам.
Саша поравнялась со старушками у сувенирной лавочки. С первого приезда в Ассизи она изумлялась количеству веселых чертенят рядом с четками, множеству резных дракончиков по соседству с религиозными сувенирами и прочим совершенно несочетаемым вещам, которые встречались в Ассизи на каждом шагу. Вот и здесь зеленый дракончик подмигивал ей с прилавка по соседству с Братом Волком и Братом Месяцем.
Она машинально перелистала томик цитат Святого Франциска. Одна фраза зацепила взгляд: «Donandosi si riceve, dimenticando se stessi ci si ritrova. È nel dare che riceviamo» — отдавая себя, вы получаете, забывая себя, вы обретаете себя. Именно отдавая, мы получаем.
Саша читала строки, так красиво звучавшие по-итальянски. Действительно разве можно получить, не отдавая?
