– Ну что, amore? – как все бабушки, она продолжает считать детьми и тех, кто уже давно вырос, и называть их “amore”, как совсем малышей. Костанте стало теплее от одного её слова. Маятные мысли как ветром унесло, он на мгновение почувствовал себя, как в детстве, как на коленях у бабушки Эвы. Мужское сердце – тоже сердце, и оно может плакать и болеть. Амаранта смотрит на него своими мудрыми, всё понимающими глазами, и ему кажется, что слова не нужны. Нечего скрывать, всё она знает и так. Он слегка вздохнул, и Амаранта покачала головой.
– Давай-ка поговорим… – и без перехода спросила, – Когда вы с Ниной ходили на свидание в последний раз?
Костанте наморщил лоб.
– Какое ещё свидание…
– Романтическое, конечно, какое же! – строго сказала Амаранта и склонила голову набок, выдерживая паузу.
– Э-э-э… Да не помню я! – Костанте подхватил дворовую метлу и принялся подметать налетевшую в патио листву. – Давно.
– То-то и оно, что давно! А для семьи это важно, – Амаранта продолжала топить Костанте неудобными заявлениями. – Для вас – мужчины и женщины, а не папы и мамы Алессандро – это важно. Понимаешь?
Костанте понимает. Но не знает, что ответить. Он и сам думал о том, как исправить отношения, но пока, кроме глухой злобы, эти мысли ни к чему не приводили. Да и не привык он к откровенности. Характер у него закрытый, только ему одному и ведомо, о чём болит его душа. В этом он похож на деда Джузеппе – не любит портить людям настроение своими переживаниями и держит их при себе. Впрочем, старую тётушку не проведёшь.
– Нина сейчас в Картохином дворе, – пристально глядя в глаза, проговорила Амаранта, и на скулах у Костанте заиграли желваки. Добившись желаемого эффекта, она без перехода продолжила. – Езжайте-ка вы на море, ребята. Самое время сейчас, в такую жару. Договорись на работе об отпуске, бери семью и езжай. – Костанте хотел что-то возразить, но Амаранта остановила, приложив указательный палец к его губам. – Послушай старушку, сделай, как я говорю. Вам нужно поговорить, открыться друг другу. А для того, чтобы разговор вышел по душам, нужно отвлечься от забот, сменить обстановку, развеяться. И Алессандро на море будет хорошо… Вам всем будет хорошо.
– Да не поедет она! – резко бросил Костанте. – Вон у неё… Дом!.. – он сделал неопределённый жест рукой в мою сторону.
– Знаю… что дом, – Амаранта вполне поняла, что имеет в виду Костанте. – А ты ей скажи, что сейчас уже ничего больше сделать нельзя, что придётся ждать решения суда, и что она устала, так как давно не была в отпуске.
– Да я и сам давно не был… – смягчился Костанте. – В последний раз мы вместе ездили на Эльбу, когда она ещё беременна была. А потом… Всё как-то не до того было… Переезд, ремонт, деньги…
– Вот именно, – подмигнула Амаранта. – Вам нужно сохранить семью. Не на море, так хоть в ресторан вдвоём сходите, что ли. С ребёнком я останусь хоть на всю ночь.
– Хм… Можно предложить.
– В конечном счёте не важно, куда вы пойдёте. Хотя бы и дома останьтесь, если вам так комфортнее. Главное – поговорить. По душам, Костанте, по душам!..
– Хорошо. Я понял, тётушка.
– Вот и умница. – Амаранта погладила племянника по щеке, умилённо улыбаясь. – Это твоя семья, храни её.
Снова проходя мимо моего двора, Амаранта бросила короткий взгляд на Нину и Адриана. Те смеялись между собой, поблизости никого не было. Адриан провёл ладонью по её спине, и она не отстранилась. Этот мимолётный жест сказал Амаранте, что последний рубеж пройден, и что теперь, как никогда, Нина близка к краю пропасти. Нахмурившись, Амаранта пошла в сторону своего дома, переживая ещё сильнее, чем до своего визита. Она чувствует, как происходит что-то очень важное, от чего зависит счастье семьи Костанте. А я знаю, что это важное – выбор Нины. И она его уже сделала…
Нина поймала секундный взгляд Амаранты. Она смотрит ей вслед и понимает, что тётушка заметила слишком откровенный для посторонних жест Адриана. Замерла. Руки, до того бурно жестикулировавшие, медленно опустились, ноги будто потеряли твердь земли под собой. Адриан стоит спиной к дороге и не видит Амаранту. Нина увлечённо что-то ему рассказывала, но потеряла мысль и оборвала фразу на полуслове. У неё слегка закружилась голова, и она инстинктивно сделала шаг назад. Шумно выдохнула воздух, прикрыла глаза и прикусила большой палец. С лица Адриана сошла улыбка.
– Что случилось? – спросил он и оглянулся, пытаясь проследить взгляд Нины, но Амаранта уже скрылась за поворотом.
– Она всё поняла… – одними губами выдохнула Нина.
– Да кто? Ты будто привидение увидела. – Адриан подался вперёд, всматриваясь в ледяные глаза с немым вопросом «Ты в себе?». Слишком резкая перемена произошла с Ниной в одну секунду.