– Амаранта. Она нас видела! – громко сказала Нина, хватаясь за волосы, и побежала к моему крыльцу. Очередное облако закрыло солнце, и старая ель зашумела ветвями в порыве горячего ветра. Нина бросилась на ступени и замерла, сложив руки на коленях и глядя в землю прямо перед собой. Прежняя счастливая улыбка даже тенью не лежала на её губах. Адриан остановился напротив неё и настороженно ждал, что она скажет.
– Амаранта всё поняла, – тихо и спокойно констатировала Нина.
– А что она видела, чтобы что-то понять? – Адриан мыслил критически. – Мы ничего такого не делали.
Нина подняла голову. «Что за вопрос?..». Одно только мимолётное появление Амаранты будто отрезвило её. Мысли бежали быстрее налетающих то и дело облаков. До этого момента ей казалось, никто не мог и догадываться о её истинных отношениях с Адрианом. А сама она была слишком поглощена пылом страсти, чтобы думать о том, что будет, если о них кто-нибудь узнает. Адриан ласкал ей душу, лелеял мечту и заставлял её верить и идти к цели.
Если об этом узнает Амаранта… При ней Нина не может себе позволить не то что слова грубого сказать, а и помыслить о чём-то неблаговидном. В ней она видит образ истины и добродетели в последней инстанции. И даже становится чуточку лучше в её присутствии. Ощущает себя хорошей девочкой, которую ведёт за ручку добрая бабушка. Эта девочка не может сделать ничего плохого – она окружена теплом и любовью. Ей стало противно. Сама мысль о том, что Амаранта может знать, ледяной волной смыла дурман увлечения Адрианом. «Как это случилось? Где я свернула не туда?».
– Мы делали, Адриан. Делали. И она всё поняла, – ответила Нина, глядя на Адриана переменившимися глазами. Он пристально и молча смотрит на неё. Потом скользнул взглядом по моим стенам, будто оценивая, что важнее, и снова вернулся к ней.
– Подумаешь… Это ничего не меняет. Думаешь, она расскажет?
– Да причём тут “расскажет”!.. – вспыхнула Нина и поднялась. – Мы… Мы вообще не должны были…! Что теперь делать…
Нина пошла со двора, но Адриан удержал её за локоть, привлёк к себе. Стал гладить волосы и щёки. “Успокойся…”. В глазах Нины мечутся тени смешанных чувств. Всё её существо, все мысли напряжены так, что, казалось, тронь – и она взорвётся россыпью стеклянных осколков. Нина смотрит на Адриана и не может с собой справиться. Ей хочется и бежать, и остаться. Она должна вернуться домой, но ей так хочется уткнуться лицом в мускулистое плечо и ощутить, как крепкие руки прижимают к себе её стан. Я захлопал всеми ставнями и разогнал голубей из окон да в двери – не слышит, не видит, не чувствует…
– Только не вздумай сама всё мужу рассказать, – тихо сказал Адриан. Нина отпрянула. “Так ты… ты боишься мужа…”, пронеслось в мыслях. Вот именно, милая, вот именно! Разве любящий мужчина станет делить свою женщину с другим? Адриан выпустил из ладоней её руки.
– Мне нужно домой, – и задержав на нём тяжёлый взгляд, направилась к выходу со двора.
Несколько секунд Адриан смотрит ей вслед. Он понял ход её мыслей, ему нужно оценивать положение. Если она сейчас уйдёт, ему будет сложнее держать ситуацию под контролем. Возможно, даже придётся остановить работы – ведь он здесь из-за неё. Он поскрипел зубами. Пока Нина считает его своим союзником, у Адриана есть повод строить фундамент для своего будущего. К тому же, если он будет держаться поблизости, то узнает о продаже сразу же, как только Мирко примет решение.
Адриан отлично понимает, насколько я привлекателен для многочисленных агентств недвижимости. Такие дома обычно скупают за бесценок, несмотря на земли вокруг. Фактически главную роль в ценообразовании здесь играет именно земля, а не постройки на ней. Мы, старики, не интересуем обычные семьи, которые ищут жильё – слишком много вложений. Проще купить дом и сделать небольшой ремонт, чем возиться с бесконечными разрешениями на дорогостоящую реставрацию. Слишком много нервов и средств за удовольствие жить в старинном доме.
Другое дело – гостиничный бизнес. Агентства или просто состоятельные люди могут себе позволить вложиться в реконструкцию и обустройство, чтобы открыть шикарную и бездушную гостиницу для туристов и получать доход. Так они и поступают, и вот уже половина нашей деревни скуплена бизнесменами. Что ж, хоть так… В некоторых моих старых друзьях ещё теплится жизнь. Или её подобие.
Адриан постоял ещё и принялся за штукатурку стен. Нина сейчас расстроена, пытаться убедить её в чём-то – дело бессмысленное. Но она отойдёт, он знает, хорошо её изучил. За время, проведённое с ней, он понял, что она живёт взлётами и падениями. Может радоваться и смеяться, расплёскивая энергию и заставляя весь мир вокруг себя кружиться вихрем. А через мгновение – от одной только мысли, которые бесконечным циклом крутятся в светлой голове, – уйти в глубокую печаль и отчаяться. Впрочем, как бурная радость, так и уныние быстро сменялись ровным спокойствием. До следующей эмоциональной бури.