Собравшееся общество моментально разбилось на пары, проводя время за картами и домашними разговорами ни о чём. Вано и Пето секретничали у пианино, их отцы сидели за столом и даже в дневное время подливали друг другу в стаканы вина, а Саломе молча слушала их уморительные беседы и улыбалась уголками губ. Лишь Тина не спустилась к гостям из-за болезни, но все давно ей это прощали.
– Вряд ли искромётного Гермеса заинтересует немецкая проза, но коль вы хотите знать, то это Гёте – любимый автор Шалико, – вежливо улыбнулась княжна и огляделась по сторонам, надеясь заметить в толпе своего друга. Мысль о его любимом писателе подняла в её душе ещё одну волну щемящей тоски.
В конечном счёте она всё-таки нашла его одиноко стоявшим у окна и горько пожалела о разногласиях, которые мешали ему подойти к ней так же просто, как это сделал сейчас Сосо. Ах, ведь он тоже смотрел в их сторону! Неужели хотел помириться?..
– Вы правы, – звучно хмыкнул кузен Циклаури, пренебрежительно посмотрев на сочинение Гёте в её руках. От упоминания учёного кузена он отмахнулся, как от чумной заразы. – Гермес – герой-любовник, а не чтец. Но, сдаётся мне, он нравился Персефоне именно этим…
Нино еле заметно нахмурилась, не поверив своим ушам, и несколько раз проворно моргнула. Прежде знакомые мужчины никогда не позволяли себе столь откровенных намёков в её обществе!.. И – подумать только! – в реальности подобный флирт звучал гораздо грубее, чем она себе представляла.
– Что вас заставляет так думать? – невозмутимо пожала плечами княжна, которая тоже была не из робкого десятка. – Разве у Персефоны и Гермеса есть отдельные сюжеты в греческих мифах?
– Их не так-то много, вы правы. Но ведь в наших силах написать для них новые?
В качестве прощального жеста Сосо поцеловал будущей невесте пальчики и, отстраняясь, резво ей подмигнул. Всё это произошло так стремительно, что Нино чуть не обронила на пол книгу и, словно обжёгшись, отдёрнула руку.
– Послушайте, вокруг же люди! – судорожно перевела она дух. Не дай бог отец что-то заподозрит!.. – Здесь ваш отец и Константин Сосоевич…
– Думаете, они ничего о нас не знают? – ничуть не смутился жених и посмотрел на неё с таким вызовом, что Нино захотелось сбежать и спрятаться от него как можно дальше. – Думаете, они не обсуждали с вашим отцом наш возможный союз?
За карточным столом в углу раздался взрыв весёлого хохота, который царапнул её, словно нож, и только усилил желание покинуть Сосо поскорее. Да, при первой встрече этот обворожительный сердцеед и повеса очень ей понравился, но тогда она ещё не замечала, каким разнузданным он казался, каким бесстыжим!.. Или ей всё же не стоило спешить с выводами?
– Все уже ждут нашей свадьбы, ваше сиятельство! – В конечном счёте молодой человек и вовсе перешёл на откровенную грубость. – Или вы скажете, что совсем об этом не догадывались, когда так живо танцевали со мной менуэт и кадриль?
Это стало последней каплей. Девушка отложила толстый томик обратно на полку и, гордо вскинув подбородок (прямо как Саломея!), не спеша покинула наглеца, даже не удостоив его ответом.
Шалико бесконечно обрадовался, приметив, как Нино оставила его кузена одного возле книжных полок и, неторопливо пройдясь по гостиной, опустилась на свободный стул за столом возле сестры. Сосо в конечном счёте тоже обратился к игрокам, но сел по другую сторону и больше ни слова княжне не сказал. Это наблюдение согрело юного князя изнутри, и он снова посмотрел в сторону молодого Джавашвили с надеждой, которая почти покинула его сердце. Как часто он винил себя за случившееся с Пето Гочаевичем? Нет-нет, пронырливого зятя своей милой Нино ему до сих пор вовсе не жаль, но Вано!.. Впечатлительный мальчишка, который всё ещё просыпался в нём временами, так никогда и не сможет забыть те слова, которые старый друг бросил в запале ссоры. Вина мучила его и душила – ведь, дипломат от бога, он терпеть не мог конфликты. Несмотря на искреннее желание посодействовать Арсену Вазгеновичу с его расследованием, он никак не хотел навредить другим Джавашвили, руководствуясь самими благими намерениями. Но разве теперь что кому докажешь? Виноватым всё равно остался именно он!..
Шалико знал наверняка: с помощью приставам навсегда покончено. Однако он также понимал, что, копнув в этот омут однажды, он обязательно нырнет в него ещё раз, но теперь… будет гораздо дальновиднее. Без каких-либо сомнений ему стоило вернуть расположение Вано, но тайны Пето Гочаевича наверняка не ограничивались одним социализмом! Да и Нино недавно писала о ссоре между отцом и средней сестрой. Кажется, под этой крышей каждый хранил свои секреты!.. Но коль действовать напрямую было уже нельзя, оставалось лишь хитрить и изворачиваться. И усидеть на двух стульях во что бы то ни стало!..
Шалико поправил воротник и на всякий случай пригладил кудри, вглядываясь в своё отражение в окне. Схожесть с херувимом определённо имелась, но в такие минуты даже шла ему на руку.
Уже через секунду он натянул на лицо приветливую улыбку и без каких-либо колебаний вмешался в разговор двух родственников.
