Не заметила того, что что-то в ней безвозвратно поменялось и затерялось. Ефремова покачала головой. Ни к чему сейчас всё это. Ни к чему. Вся её боль. Слёзы. Михаил сказал ей уходить. Больше она ему здесь не нужна. И все её мысли обречены на провал. А всё, что было между ними теперь лишь останется сладким воспоминанием.
Остался лишь этот день. Их день. Последний.
Кристина хотя бы сумеет попрощаться с ним. Это уже немало, ведь сумеет сказать ему обо всём. Поблагодарить, в последний раз обнять, запомнить. А потом исчезнуть. И плевать, что потом ей будет до противного больно. И плевать, что сейчас слёзы катятся по щекам, словно водопад. И плевать, что дрожащими руками она старается выбрать маломальски подходящее платье. Будто бы как маленькая надеясь, что оно понравится ему так сильно, что он сдастся и не захочет её отпускать.
Глупо, правда?
***
Михаил знал, что весь этот день его зеленоглазка не выходила из своей комнаты. Терпеливо собирала вещи и, наверняка, после сидела на постели, притянув колени к груди, как всегда это делала, прикусила губу и ласково проводила ладонями по слегка пыльным книгам. Это было в её стиле. В стиле его Кристины.
И он сам едва удерживался от желания всё же зайти к ней. Так хотелось наплевать на собственные слова и обещания, просто открыть дверь, сесть рядом с ней и забыть об опасности, страхах, позволяя этой девчонке остаться рядом. Наверное, так бы мужчина и поступил несколько лет назад, когда был сопливым юнцом, однако сейчас слишком хорошо осознавал, что стоит на кону.
Мафиози не питал иллюзии. Знал, что в скором времени на него начнётся охота, из которой он вряд ли выйдет живым, если болезнь не прикончит раньше. Но тянуть за собой девушку бы точно не посмел. Итак, много всего она пережила, а после его какой-нибудь трагической гибели её измучают так, что даже встать будет сложно.
Он тряхнул головой. Даже думать об этом не хотелось. Сейчас не время. У них были счастливые мгновения, так вот пусть останутся в памяти, на большее просто было не отведено. Как говорится, у любой безмятежности есть свой срок и границы. Вот и их маленькая история подошла к логическому финалу.
И теперь, как и полтора месяца назад, мужчина ждёт её в своей чёрной машине под покровом ночи, чтобы увезти. Только теперь не к себе, а от себя. Сегодня в небо взмоёт её самолёт, и красивая зеленоглазка останется лишь воспоминанием. Всё будет так, как и должно было быть. И делает это он не ради неё, а ради себя.
Ни к чему ему эти проблемы.
Голова, как на зло, болела, а таблетки снова не спасали. В идеале стоило бы попросить водителя помочь, но обещание, данное Ефремовой, не позволило сделать этого, поэтому мужчина лишь устало опустил скрещенные руки на руль, а затем и голову. Нужно было просто дождаться и не опоздать в аэропорт. Это единственное, что сейчас должно занимать мысли, а не эти её изумрудные глаза…
— Тебе плохо?
Мелодичный голос разрезал тишину, и, кажется, в одно мгновение коснулся глубин сердца, а холодные пальчики, пробежавшиеся по мужскому плечу, и вовсе заставили мафиози растерянно выдохнуть и перевести взгляд на свою гостью. Сомнений не было. Рядом с ним сейчас была именно Кристина.
Была и смотрела на него таким пронзительным взглядом, что внутри что-то подымалось и переворачивалось. Такой ласковый и нежный взгляд. Такой, какого не было ни у одной другой девушки за всю его жизнь. И от этого в груди что-то кольнуло, а слова застряли в горле. Но Кристину это, кажется, наоборот только напрягло
И это его лицо, измождённое болью, заставило все мысли разом ускользнуть из головы. Собственные обиды и надежды потерялись в этом его ответном взгляде. Совсем не думая, брюнетка коснулась своей ладонью его щеки, провела по ней большим пальцем, будто одним своим прикосновением стараясь залечить всколыхнувшиеся раны.
Снова. Глаза в глаза. Карие в изумрудные. Бесконечная борьба без победителей и проигравших. Слияние двух половин. Совсем незаметное и непонятное, но до безумия важное и нужное. Такое, какое бывает лишь один раз. Один раз и на всю оставшуюся жизнь.
— Если тебе нехорошо, давай вызовем такси, — попросила Кристина, едва найдя в себе силы говорить. Прерывисто выдохнула, не отрывая своего взгляда от него. Эти его боли, мучавшие тело, будто изводили её саму, заставляя всё внутри сжиматься при одном его болезненном сжимании губ. Однако, как помочь девушка совсем не знала. И это уничтожало. — Пожалуйста, Миша… Я справлюсь… Я…
Искренне волнение, дрожащие ресницы заставили мужчину усмехнуться. Какой же ласковой была эта девочка. Какой нежной… Сейчас она стала именно такой, какой была при первой их встрече. Испуганная лань, покорившая его одним взглядом своих зелёных глаз. И теперь, ради её же блага, он не имел права предать её.
