– Сейчас нет. – Райли тяжело вздохнул, вглядываясь мне в глаза. – Я не понимаю, что случилось. Правда. Ну, дело твое, не хочешь говорить – не надо. У нас новости. Координационный совет принял решение отправить еще одну экспедицию к Центавру. Исключительно для поиска той аномалии, что мы поймали в прошлый раз. Утвержден состав экспедиции, там только наши, с особенностями. Отобрали ребят, имеющих множественную специализацию – физика, техника. И уверенно работающих с пространственными переходами. Нам нужен пилот.
– Чего?! – Я рассмеялся. Хлебнул водки и за ней пива. Встал, щелчком сбросил деньги на счет.
– Стой! – Райли схватил меня за руку. – Пожалуйста!
Мы стояли друг напротив друга.
– Пожалуйста, – повторил Райли, – присядь еще.
Я с минуту смотрел на него. Потом сел. Придвинул недопитое пиво. Райли помедлил, убедился, что вот прямо сейчас я никуда не побегу, и тоже сел.
– Экспедиция маленькая, совсем узкий состав. Для более глубокого изучения способностей нужно попробовать найти, что мы словили в прошлый раз. Корабль другой, меньше. На борту человек двадцать будет всего. Экспедиция на месяц плюс дорога. Покрутимся, поищем гравитационные аномалии, может, еще что поймаем. И вернемся.
Я молча отхлебнул пива. Помахал официантке и дозаказал водку.
– У нас никого, кроме тебя, нет, – сдался Райли.
Я выпил водку, допил залпом пиво. Встал.
– Это все?
Он обреченно кивнул.
– Райли, ты понимаешь, что такое пилотирование корабля? Кроме ответственности за небольшую экспедицию, жизни двадцати человек, стоимость корабля и оборудования? Это способность управлять. Скорость реакций. Я никогда – понимаешь? – никогда не возьму на себя такую ответственность! У меня только одна рабочая рука. То, что ты пришел ко мне, – это издевка, плевок в лицо.
– А давай-ка ты тоже кое-что поймешь? – Райли встал вслед за мной. – Не можем мы взять обычного пилота! До сих пор нет достаточного объема понятного и изученного материала по распадам. Мы не знаем, есть ли вариации этих аномалий, будут ли действовать психотропы на людей не из нашей экспедиции, будет ли распад таким же в следующий раз. Здесь сплошное окно неизвестности, и в этих условиях к двадцати физикам надо брать еще двадцать новых пилотов и надеяться, что хотя бы один выживет и доставит всех домой. А ты выжил! Причем выжил даже без лекарств, просто наорав на чертов распад! Значит, шансов, что ты доставишь корабль туда и обратно, намного больше, чем если брать новых пилотов!
На нас оглядывались другие посетители.
– Не знаю, что с тобой происходит, – зло выдохнул Райли, – но я бы в жизни не приехал вот так унижаться, будь у меня другой выбор!
Я сделал шаг в сторону, в глазах потемнело, и пришлось ухватиться рукой за колонну. Райли оказался рядом, подхватил за локоть и усадил меня назад за столик.
– Может, ты перестанешь уже жалеть себя? – чуть более спокойным тоном спросил он. – Нерабочая рука не самая приятная вещь. Но и пилотируешь ты корабли не руками, а головой. А голова у тебя целая, и судя по тому, что рассказывает о тебе Боровский, ты вполне в состоянии ей работать. Тебе что, не хочется вернуться в космос? Ты же любишь полеты!
– Да прекратите мне рассказывать, что я люблю, а что нет! – Я сделал очередную попытку встать, но понял, что ноги меня не слушаются, поэтому упал назад в кресло, махнул рукой официантке и заказал еще водки. – У меня операция по трансплантации костей через неделю.
– Так давай перенесем ее. У нас расклад такой: завтра я возвращаюсь в Лондон, экспедиция отправляется через полтора месяца, поэтому предполетные подготовки начнутся через неделю.
Райли недовольно оглядел пустые стопки передо мной.
– Лёх, я помню, каким ты был, когда мы познакомились. Каким ты был в резервации…
– Такого больше нет.
– Почему? Потому что тебе настолько сильно себя жалко?
– Да пошел ты!
Эмоции отступили, накатившая еще раньше слабость окончательно погребла меня под собой. Я смотрел в окно. На уличный трафик, спешащих пешеходов, солнечные лучи.
– Мне надо идти, – Райли встал. – Я отправил тебе билет на самолет. Он с открытой датой. Но будет здорово, если ты полетишь завтра вместе со мной. Удобный обеденный рейс, и я по пути смогу ввести тебя в курс дела.
Я продолжал смотреть в окно. На протянутую для рукопожатия руку не ответил, а когда Райли наконец ушел, махнул рукой официантке и заказал еще пива. А потом еще. И еще.
Бар работал до последнего посетителя, поэтому выгонять меня не выгоняли, но к ночи смотрели уже с унынием.
И тогда же внезапно напротив меня в кресло плюхнулся Боровский. Я удивленно поднял брови вверх и спросил его:
– Водки?
– Тебе хватит. – Он покачал головой официантке, которая, кажется, вздохнула с облегчением. – Едешь в Лондон с Райли?
– Нет.
Боровский смотрел на меня.
– Не с Райли, – тихо сказал я. – Позже поеду.
Он кивнул.
– Давай отвезу тебя домой.
– Нет, – я энергичнее замотал головой, – не могу сейчас домой. Мне там… объясняться надо.
– Хорошо, поехали ко мне.
Боровский встал и протянул мне руку.
