– Что-то я так и не понял, – вмешался я. – Кого мы похитили? Кто похищен? Этот ваш головорез?
Мне показалось, костистое лицо слегка дрогнуло.
– У этого головореза, как вы изволили выразиться, – процедил Водолага, – жена и двое детей…
– Сочувствую! – заверил я. – Но к нам-то какие претензии? Мы что, властям противимся? Вот участок, вот дом – обыскивайте. Где мы кого прячем? Каких похищенных? Только ордер предъявите сначала!
– Так, – сказал полковник и встал. – Вижу, здесь у нас разговора не получится… Собирайтесь.
И где они в этом их шестом отделе таких обалдуев берут?
– Слышь, ты… – нежно произнесла Машка. Глаза её, устремлённые на Водолагу, влюблённо мерцали. – Тебе что нужно? С похищенным встретиться? Сейчас устроим…
Полковник сглотнул и оглянулся на куб.
– Ага… – ласково подтвердила она. – Там все обстоятельства и выясните…
– Угрожаете? – выдавил он.
– Конечно, – нагло ответила Машка. – А вы думали, я с вами церемониться буду?
Полковник подумал и сел.
– Говорите, что ни при чём, – с кривой усмешкой попрекнул он, – а сами вон угрожаете… Вы ж, по сути, признались сейчас!
– Это в чём же? – возмутился я. – Вас честно предупредили, что рискуете загреметь в куб… Вы ж договор наизусть знаете! А там есть пункт – о гарантии безопасности… Ну и вот!
– Может, протереть… посмотреть… – подал голос несчастный Макарка.
– Зачем? – не понял я.
– Ну… вдруг увидим там… этого… нашего… с двумя детьми…
Полковник моргнул. Впервые.
– Кого протереть? Куб?
– Ну да…
Надо полагать, когда мы с Макаркой пару часов назад убирали с верхней плоскости следы вороньего бесчинства, слежка за нами ещё не велась.
Под присмотром механического соглядатая, залетавшего с шелестом то справа, то слева, то сверху, мы приступили к протирке. На этот раз отношение наше к арендованному кубическому метру было не в пример более уважительным: вместо влажной половой тряпки использовали разорванную на полосы дырявую простыню, что раньше прикрывала полосатый матрас.
– Да уберите вы этого Карлсона! – не выдержала Машка.
– Не имею права, – последовал хмурый ответ. – И даже если бы имел… Не я ж им управляю!
Убрать, однако, пришлось: вороны вновь углядели беспилотник и атаковали его всем кагалом. Стало шумно и грязно. Полковник не выдержал, достал телефон и приказал отогнать летательный аппаратик куда-нибудь подальше.
Доведя поверхность куба до полной прозрачности, мы вчетвером присели вокруг него на корточки, но высмотреть кого-либо персонально не смогли бы даже с лупой – всё было не просто мелким, а именно микроскопическим. Мне, например, привиделось на миг мельтешение серебристых пылинок – возможно, воздушный бой. Привиделось – и кануло.
– Наших там много? – спросил я.
– А?.. – рассеянно отозвался полковник, протирая клочком простыни начинающую мутнеть боковую грань.
Бурых пятен на ткани при этом почему-то не оставалось.
– Я говорю: наших там много?
– Да маловато… Подкрепления просят…
Я не поверил собственным ушам:
– Оттуда?! Каким образом?
– По радио… – Полковник встал. Лицо его было угрюмо. – Рации-то у них с собой…
– А американцы?
– И американцы просят… Все просят…
– Что ж вы с ними только сейчас связались? – тут же подсекла Водолагу чуткая на враньё Машка. – Раньше вы где были?
Полковник засопел.
– Раньше… – недовольно повторил он. – Раньше в голову никому не пришло!
– А теперь пришло?
– Теперь пришло!
В остолбенении я смотрел на стремительно мутнеющие грани и с трепетом осознавал потихоньку, что́ передо мной такое. Это кем же должны быть существа, способные свернуть пространство в компактную ловушку и настроить её на людскую агрессию? Впрочем… Почему обязательно существа? Почему не допустить, что пространство свернулось само, не выдержав нашего с вами сволочизма? Терпение природы, знаете ли, не бесконечно. Взять ту же Англию! Вынимали-вынимали уголь из недр земных, а потом в рукотворные эти полости дома начали проваливаться…
Да нет, глупость! Свернуться пространство, так и быть, поверю, свернётся, а вот эсэмэски рассылать… договор об аренде подписывать…
– Пылесос… – вымолвил я, зачарованно глядя на твердеющий куб.
– Что-что? – заинтересовался Водолага.
– Пылесос, – повторил я. – Весь сор, всю дрянь человеческую – туда… в кубик…
– Вы всё-таки выражения выбирайте! – скрипуче одёрнул он меня. – Люди, между прочим, жизнью рискуют. Родину защищают!
– Там? – не поверил я. – Какая ж там Родина?
– Российская!.. – Скрип перешёл в скрежет. – Это – кубический метр нашей с вами Родины! И если до вас это через голову не доходит…
– А американцы? – спросил я, оробев.
– Н-ну, американцы… – уклончиво начал он и вдруг замер.
В щучьих глазах шевельнулась мысль. Выхватил сотик, отступил в сторонку.
– Товарищ генерал, – приглушённо и озабоченно рапортовал полковник Водолага. – Тут такое соображение возникло…
Он бросил на меня опасливый взгляд и отошёл ещё дальше.
Мы переглянулись.
– Во орлы! – искренне подивилась злоязыкая Машка. – Сейчас ведь взятку хапнут с Пентагона! За манёвры на чужой территории…
