Грейнджер вздохнула, не давая ни положительного, ни отрицательного ответа. Драко осторожно заправил за ухо непослушный вьющийся завиток и ласково провёл большим пальцем по нежной щеке.
— Я скажу, что был пьян и мной управлял чёртов виски. А ты как оправдаешься, Грейнджер? — хитрый прищур возник на его лице.
1:0
Гермиона потерлась щекой об его ладонь в ответ на непривычные ласки.
— А я скажу, что ты был пьян и просто не оставил мне шанса.
Молодец. 1:1
— Иди ко мне, — привлёк её ладонью за поясницу, чувствуя под пальцами обнажившуюся кожу. Горячую и гладкую. Забрался чуть выше под майку, наблюдая за её реакцией. Она закусила изнутри нижнюю губу, упираясь ладонями в его плечи.
— Малфой…
— Что?
Внимательный карий взгляд, задержавшийся на его лице, был слегка туманным. Её губы уже были заметно зацелованы и это было так красиво. Так невероятно шло ей. Драко не мог — и не хотел — отводить взгляд.
— Я, конечно, рада, что у тебя всё в порядке с… этим. Но благотворительный секс не входил в мои планы на эту ночь. Я… не могу.
Он усмехнулся. Не колюче, как всегда было раньше, а мягко. По-настоящему. Когда нет никакой злости, а что-то совсем другое растёт в глубине. В области сердца.
— Скажу тебе больше, Грейнджер, скорее всего, это не входило в твои планы на жизнь. Впрочем, так же как и в мои, но… У судьбы извращённое чувство юмора, как видишь. Вернее, даже… чувствуешь?
Конечно, она чувствовала. Особенно сейчас, когда после его вопроса нервно заелозила на его бёдрах. О, Мерлин.
Малфой закусил нижнюю губу изнутри и закрыл глаза, шумно втягивая носом воздух. Почти проскулил, сильнее вжимаясь пальцами в её кожу.
— Замри. Пожалуйста.
Она подчинилась, чувствуя, как покрывается пятнами смущения шея. На лице уже просто не осталось места не залитого предательской краской.
— Прости.
— Все нормально, Грейнджер. Просто… Постарайся быть менее соблазнительной.
— Но я… ничего не делаю.
— Ты сидишь на моих бёдрах. Этого достаточно, поверь, — натянуто усмехнулся, надавливая ладонью на низ её поясницы и привлекая к себе. — У тебя же никогда ещё никого не было? — тёплым низким шёпотом защекотал её ухо.
— Нет, — прошептала так тихо, что, кажется, сама засомневалась — произнесла ли это вслух. — Нет, не было.
— Несложно было догадаться. Надо сказать Блейзу, что он должен мне десять галлеонов.
— Ч-что?
Такое податливое тело в его руках вмиг стало напряжённым. Драко грозился одной своей фразой разрушить всё то, что только что выстроил. По-глупости или по-честности? Она должна знать. Хотя, вероятно, Забини даже не вспомнит о споре, который, кажется, был тысячу десятилетий назад. К тому же, в тот день в них было слишком много огневиски. Это развязало язык Малфою.
— Мы поспорили, что я буду у тебя первым, — всё. Назад дороги нет. Либо она его убьёт, либо…
— Малфой, — предупредительно упёрлась ладонями в диван и распрямила локти, увеличивая расстояние.
— Стой. Пока ты не успела выставить меня к чёртовой матери, должен сказать, что я этого хочу. Быть первым. У тебя. Всегда хотел.
Гермиона, судя по потерянному взгляду, пропустила мимо ушей все его последние слова.
— Ты поспорил на это, — сердито сощурилась, поджимая губы. — Ты просто поспорил, что разведёшь меня на секс. Мерлин, какой же ты мерзкий, Малфой, — постаралась выбраться из крепких ладоней, но Драко резко приподнялся, привлекая её обратно. — Пусти!
— Не истери, Грейнджер. Если бы я хотел просто развести тебя на секс, я бы не говорил, что мы поспорили с Забини. Я же не идиот.
— А по-моему, самый настоящий. Убери руки!
Наивно было полагать, что Гермиона сможет выбраться из его железной хватки, натренированной годами. Но попытки избавиться от его объятий она всё же не оставляла.
— Что я вижу, Грейнджер! Мой лучший друг почти в твоей постели?
Голос Забини заставил девушку замереть и, с ужасом в глазах, перевести взгляд на лестницу. Ехидная ухмылка застыла на губах итальянца, прислонившегося бедром к перилам.
— Во имя Салазара, Блейз, — протянул Драко, откидываясь обратно на спину и увлекая Грейнджер за собой. — Исчезни.
— Нет, Блейз, стой. Скажи своему другу, чтобы проваливал отсюда к чёртовой матери.
— Не будь дурой, Грейнджер.
— Я была бы дурой, если бы повелась на твои дурацкие рассказы.
— Что, чёрт побери, между вами за игры такие? — хмуро уставился на них староста мальчиков.
— Вы поспорили! — сердито вскинулась Гермиона, чувствуя, как болят запястья от цепких пальцев.
— Что? — Забини непонимающе сдвинул брови.
— Что? — повторила Грейнджер, переводя вопросительный взгляд на Драко.
Малфой недовольно скривился.
— Год назад. Я сказал, что буду у Грейнджер первым. Ты поставил десятку на то, что я ошибаюсь.
— А-а-а, да, точно! И? Я выиграл? — заметно оживился слизеринец.
Гермиона обессиленно вздохнула и оставила попытки вырваться. Всё равно они были тщетными. Просто прижалась щекой к его груди, ощущая, как гулко бьётся внутри его сердце.
Драко, некоторое время наблюдая за притихшей Грейнджер, осторожно разжал её запястья и просто обнял. Но бдительности не растерял. Вдруг её смирение — лишь отвлекающий манёвр?
