Считается, что стихотворение 51 – это первое произведение Катулла, посвящённое Лесбии-Клодии. Оно является почти дословным переводом первых трёх строф знаменитой оды древнегреческой поэтессы Сапфо с острова Лесбос, которую она адресовала своей ученице (Fr. 2). Четвертую строфу Катулл написал заново, но две последние строки для неё позаимствовал из оды древнегреческого поэта Алкея из Митилены, что на острове Лесбос (VII–VI века до н. э.). Кроме того, в начале стихотворения он вставил обращение к Лесбии («лесбосской девушке»), восторгаясь ею, а в четвертой строфе – уже к самому себе: «Праздность, мой Катулл, для тебя зловредна, / Праздности ты рад, от восторга бредишь…» (ст. 13–14). Поэт назвал Клодию Лесбией как раз в честь Сапфо с Лесбоса, поскольку та впервые раскрыла мир любовных переживаний в своих стихотворениях.
Это стихотворение было написано, когда отношения Катулла и Клодии только начинали складываться. Затем их роман получает дальнейшее развитие, что находит отражение в последующих стихотворениях – 2, 3, 83, 92, 5, 7, 43, 86 и 70.
Стихотворение 2 обращено к ручному воробью «подруги милой», то есть Лесбии. Катулл рассказывает о том, как она всячески забавляется с воробышком, желая «свой пыл унять тяжёлый» (ст. 8). Поэт тоже хочет поиграть с этим воробьём, чтобы «удручённой души смирить тревогу» (ст. 10). Воробьи считались птицами богини любви Венеры, и поэтому молодые римляне часто держали их дома. К стихотворению 2 в рукописях примыкают три стиха (2b): «…Так мне мило, как девушке проворной / Было яблоко мило золотое, / Поясок развязавшее девичий». Катулл говорит здесь о мифической Аталанте, быстроногой деве-охотнице из Аркадии. Вероятно, это отрывок несохранившегося стихотворения.
Стихотворение 3 является одним из самых знаменитых произведений Катулла и написано на смерть вышеупомянутого воробья. Учёные полагают, что по своим характеристикам оно близко к широко распространённым в эллинистический период сентиментальным эпитафиям на смерть домашних животных. Уже в древности не сомневались, что этот воробышек принадлежал Лесбии, хотя в тексте её имя не названо. Об этом, например, пишет Марциал: «…любимая нежным Катуллом / Лесбия плакала, ласк птички своей лишена»[300]. В дальнейшем Катуллу подражали поэты Овидий и Стаций, сочинившие элегии на смерть ручных попугаев[301].
Известно, что первые свидания Катулла и Клодии происходили в доме патриция Манлия Торквата[302]. Метелл Целер, муж Клодии, либо не догадывался о её любовной связи с Катуллом, либо догадывался, но ничего не предпринимал и молчал. Например, в стихотворении 83 счастливый Катулл пишет, что Лесбия часто ругает его последними словами в присутствии своего супруга. Однако глупый муж радуется этому, не понимая, что Лесбия «молчала бы, если б забыла» поэта. Следовательно, раз она постоянно бранит и клянёт его – значит, вспоминает, раздражена и продолжает питать нежные чувства. В стихотворении 92 Катулл вновь говорит, что Лесбия всегда очень дурно отзывается о нём, но поскольку она делает это с завидным постоянством, то, стало быть, любит его. Сам же поэт тоже постоянно проклинает Лесбию и, следовательно, тоже её любит. Античный писатель Авл Геллий посвятил особую заметку в своих «Аттических ночах» значению слова «проклинаю» в третьей строке этого стихотворения[303].
Следом идут стихотворения 5 и 7, посвящённые поцелуям. Они явно относятся к периоду, когда роман Катулла и Лесбии был в самом разгаре. В стихотворении 5 поэт, не помня себя от любви, обращается к Лесбии с призывом «жить, любя друг друга» и не обращать внимания на ворчание стариков, ведь когда закончится краткий день (жизнь), наступят ночь и вечный сон (смерть). Он просит у возлюбленной сначала тысячу сто поцелуев, потом «снова тысячу… и снова сотню» и так далее. В стихотворении 7 Катулл отвечает на кокетливый вопрос возлюбленной: «Сколько, спрашиваешь, твоих лобзаний / Надо, Лесбия, мне, чтоб пыл насытить?» (ст. 1–2). Ответ поэта растягивается на несколько строк и содержит такие сравнения: «…Сколько лежит песков сыпучих / Под Киреною, сильфием поросшей» (ст. 3–4), «Сколько на небе звёзд в молчании ночи» (ст. 7). Здесь Катулл намекает на своего любимого поэта Каллимаха, который был родом из Кирены.
Затем, вероятно, следуют стихотворения 43 и 86, в которых счастливый Катулл сравнивает свою возлюбленную с другими красавицами – Амеаной и Квинтией. В стихотворении 43 поэт с юмором описывает невзрачную внешность гетеры Амеаны и возмущается, что её считают прекрасной и даже сравнивают с Лесбией. А в стихотворении 86 он приходит к выводу, что гетера Квинтия, безусловно, «всем хороша по частям», но в целом не является красавицей и уступает Лесбии, которая, напротив, «вся в целом прекрасна».
