Затем были Арденны, едва не ставшие местом трагедии для союзных войск. 16 декабря Эйзенхауэру стало известно о наступлении немцев. Он начал готовить ответную операцию, но разногласия с Монтгомери мешали осуществлению этих планов. Только 7 февраля 1945 года прорванный фронт был восстановлен.
После Арденн союзные армии двинулись к Рейну, со 2 по 5 марта вышли на линию этой реки и 22 марта начали ее форсирование. Вскоре после этого, во второй половине марта 1945 года, Эйзенхауэр провел свою крупнейшую наступательную операцию за всю войну – Рейнско-Рурскую. В районе нанесения главного удара союзники имели подавляющее преимущество. Наступление началось 23 марта мощной артиллерийской подготовкой из 900 орудий. Переправа через Рейн прошла успешно и с небольшими потерями, ибо ожидавшегося сильного сопротивления немцы не оказали. Союзники высадили в тылу противника несколько воздушных десантов, через Рейн были наведены мосты, и к 28 марта сопротивление войск фельдмаршала Кессельринга было окончательно сломлено.
Союзники окружили в районе Рура большую группировку войск противника под командованием фельдмаршала Моделя. После двух недель сопротивления она капитулировала. В плен сдались 317 тысяч солдат и офицеров и 30 генералов. Заключительный этап войны свидетельствовал о том, что немецко-фашистские войска оказывали яростное сопротивление советским на востоке, а в плен предпочитали сдаваться на западе. Но дальнейший ход операции был замедлен в связи с разногласиями генералов и правительств союзных держав в отношении направления главного удара.
25 марта Эйзенхауэр прибыл в штаб-квартиру Монтгомери, где находился и Черчилль. Премьер-министр Великобритании предложил опередить русских с занятием Берлина. Американский генерал ответил отказом. Он считал, что важнее завершить разгром противника в Альпах, чем тратить силы на овладение городом, который затем придется передавать русским.
Продолжая наступление, 11 апреля передовые части союзников вышли на Эльбу в районе Магдебурга. У союзников вновь появилась возможность войти в Берлин раньше русских. Но когда с этой идеей генерал Брэдли обратился к Эйзенхауэру, тот снова сказал «нет».
21 апреля 1945 года Эйзенхауэр обратился с посланием к советскому Верховному Главнокомандованию с сообщением, что принял решение остановить свои войска на Эльбе. В своих выступлениях генерал неизменно высоко оценивал вклад советского народа, его вооруженных сил в общее дело разгрома германского фашизма. Он высоко ставил военные дарования маршала Жукова, называл его «величайшим военным стратегом наших дней».
За две недели до полной капитуляции Германии (25 апреля 1945 г.) произошла историческая встреча на Эльбе в районе города Торгау передовых подразделений 1-го Украинского фронта с войсками 1-й американской армии. Снимок советского и американского лейтенантов, которые первыми пожали друг другу руки во время братания войск союзников на Эльбе, сделанный корреспондентом журнала «Лайф», в считаные часы обошёл издания всего мира. В результате встречи войск союзников остатки вооруженных сил Германии были расколоты на две части – северную и южную. Это значительно ослабило их сопротивление, лишило маневренности, нарушило единую систему управления и ускорило окончательный разгром вермахта.
В США и Великобритании Эйзенхауэра и по сей день упрекают в том, что он не повел американские и британские армии прямо на Берлин, отдав его Советской армии, а свои силы перенацелил на Баварию с ее столицей Мюнхеном. Но генерал считал, что при взятии Берлина англо-американские войска могли потерять не менее 100 тысяч человек убитыми, и предпочел предоставить право взятия Берлина советским войскам.
Правда, в 1952 году у Эйзенхауэра появилось чувство досады, что он не смог взять Берлин. Самыми разными способами он пытался переписать историю, указывая в мемуарах, что он предупреждал о русских то одного, то другого политического деятеля. В книге «На покое», написанной в 1967 году, он утверждает, что в январе 1944 года предупреждал Рузвельта о будущих неприятностях с русскими, но тот его не слушал. Он также утверждал, что еще в 1943 году говорил Бруку, что если союзники вскоре не высадятся в Европе, Красная Армия завоюет ее всю и с русскими тогда невозможно будет сладить. Но об этих предупреждениях ничего не сказано в книге «Крестовый поход в Европу», написанной двенадцатью годами раньше, а людей, на которых он ссылался, уже не было в живых.
В первые дни мая 1945 года, после самоубийства Гитлера, адмирал Карл Дениц попытался расколоть Запад и Восток и спасти то, что осталось от Германии, путем частичной капитуляции только перед западными союзниками. На это президент Трумэн ответил, что единственно приемлемой является только безоговорочная капитуляция перед всей Большой тройкой. Черчилль поддержал американского президента. Эйзенхауэр выполнил волю политиков, будучи полностью солидарным с ними.
