М.В. Василевский, который в то время в связи с болезнью Б.М. Шапошникова временно исполнял обязанности начальника Генерального штаба РККА, позже писал: «Начало контрнаступления Ставка определила 5–6 декабря. Фактически же события развивались так. После ударов авиации и артиллерийской подготовки выполнение плана контрнаступления началось войсками Калининского фронта 5 декабря, а войсками ударных группировок Западного и Юго-Западного фронтов – 6 декабря. Развернулось грандиозное сражение. Успех нарастал с каждым днем. Инициатива бесспорно переходила к нам. Неожиданный удар советских войск произвел ошеломляющее впечатление на противника. 8 декабря Гитлер подписал так называемую директиву № 39, предусматривавшую общий переход немецких войск под Москвой к обороне» (
Г.К. Жуков также по этому поводу написал следующее: «Вот наступило 6 декабря 1941 года. Войска Западного фронта севернее и южнее столицы начали контрнаступление… В ходе десятидневных боев войска левого крыла Западного фронта нанесли серьезное поражение 2-й танковой армии Гудериана и продвинулись вперед на 130 километров» (
Следует помнить, что под Москвой только зарождался опыт ведения наступательных операций объединениями Красной Армии. Поэтому недостатков и просчетов было очень много.
Об этом можно прочитать, например, в учебном пособии, разработанном на кафедре истории военного искусства Военной академии имени М.В. Фрунзе «Подготовка и ведение наступления с выдвижением из глубины соединениями 10-й армии в контрнаступлении под Москвой». Из него мы узнаем, что командующий Западным фронтом Г.К. Жуков приказал 10-й армии 6 декабря перейти в наступление на Михайлов на фронте шириной в 115 километров после совершения марша на расстояние от 50 до 70 километров от переднего края противника. Безусловно, в таких условиях у командующего армией никакой возможности для разведки противника, подготовки рубежей выдвижения и развертывания войск и, наконец, самого рубежа атаки не было. К тому же армия имела очень мало артиллерии и практически не имела танков (всего 12 машин). Несмотря на это, Г.К. Жуков приказал войскам 10-й армии наступать одновременно на трех направлениях, которые были значительно удалены друг от друга.
В результате наступление 10-й армии, которое продолжалось восемь суток (6—13 декабря) и достигло глубины в 60 километров, практически закончилось вытеснением противника из занимаемого им района. Средний темп наступления армии был 7,5 километра в сутки, то есть практически в два раза меньший, чем предусматривалось планом операции. Немецкое командование смогло, ведя арьергардные бои, вывести свои войска с угрожаемого района и избежать окружения (
В целом же контрнаступление советских войск под Москвой в декабре 1941 года достигло своей цели. Отбросив ударную группировку противника на запад и нанеся ей серьезные потери, Красная Армия ликвидировала опасность, нависшую над Москвой.
Военный гений Жукова в битве под Москвой проявился в том, что при недостатке сил и средств он добился перелома в сражении; его искусство, несомненно, сыграло не только важную, но и, без преувеличения, решающую роль. Победу одержали бойцы и командиры, самоотверженно отстаивая столицу. Но умело направлял их усилия, вдохновлял и объединял своей железной волей Георгий Константинович Жуков.
Победа под Москвой была исторической, потому что здесь впервые после всех своих многочисленных победных походов гитлеровцы потерпели поражение. На поле битвы под Москвой было положено начало коренному повороту в Отечественной войне.
После Московской битвы последовали другие стратегические операции, где не раз проявлялся военный талант полководца. В их числе Сталинградская битва – величайшее сражение всех времен.
Официально Г.К. Жуков в этом сражении не участвовал. Но в тяжелый период сражения, 27 августа 1942 года, Сталин вызвал Жукова в Москву и объявил о назначении его заместителем Верховного Главнокомандующего. Уже на следующий день Георгий Константинович был на Волге, где встретился с А.М. Василевским. Затем совместно с командующим Сталинградским фронтом они начали подготовку контрудара силами 1-й гвардейской армии генерала К.С. Москаленко. Правда, этот контрудар, проведенный 6 сентября без должной подготовки в условиях превосходства противника в силах, успеха не имел.
