«Ночью блокаду продолжали эсминцы, вспомогательные корабли и новые тральщики. «Т-196» вместе со специальным подразделением и флотилией тральщиков бросил якорь у Вислинского канала. Сюда согласно приказу прибыл офицер со «Шлезвиг-Гольштейна», чтобы согласовать план дальнейших действий против Вестерплятте.
Рано утром, в 4.09, сначала «Т-196» и «Фон дер Грёбен», а затем и «Шлезвиг-Гольштейн» несколько раз обстреляли Вестерплятте, чтобы не дать обороняющимся передышки. В полдень к Новому Порту по заливу прибыла половина группы пятой флотилии охраны порта под командованием капитана Гебауэра и начала патрулирование входа в порт и морского участка севернее порта».
После темной ночи туман над заливом рассеивался лениво. Он упорно цеплялся за берег, заслоняя море от суши и сушу от моря. В такие утренние часы посты на пляже удваивали бдительность, остерегаясь внезапного нападения немецких шлюпок со штурмовыми группами. Однако противник, по-видимому, не хотел спешить с высадкой на таинственный берег, и часовые напрасно всматривались в густые облака испарений, готовые в любую минуту открыть огонь. Легкий ветерок и солнце сделали свое дело. Кольцо тумана постепенно становилось реже, потом появились просветы, и, когда туман наконец окончательно рассеялся, все увидели стоящие в море корабли. Стрелок на вахте повернулся и бросился к бетонному откосу:
— Ребята! Англичане приплыли! Господи, англичане!
Он кричал, махал руками, танцевал на песке и повторял:
— Англичане приплыли! Немцам конец!
Все выскочили на бруствер. Кто-то звал, размахивая винтовкой:
— Идите сюда! Подплывайте!
Радость охватила всех. Они хлопали друг друга по плечу, что-то выкрикивали, смеялись, переполненные счастьем.
Когда первый взрыв энтузиазма несколько поутих, настала пора предположений, догадок и домыслов относительно дальнейшего хода событий. Самым авторитетным стал теперь, конечно, Рыгельский, как подофицер военно-морского флота.
— Это только сторожевое охранение эскадры, — доказывал он. — Перед крейсерами и броненосцами всегда идут миноносцы, охраняя их от подводных лодок. Через полчаса, а может и раньше, подойдут главные силы, и тогда начнется. — Он с удовлетворением потирал руки. — Наш «Шлезвиг» — в западне, и не видать ему больше фатерланда.
— А справятся они с ним?
— Ну что ты, приятель. — Рыгельский презрительно посмотрел на солдата Покшивку. — У англичан самые крупные в мире броненосцы. Они этого «Шлезвига», как муху, прихлопнут.
— Пожалуй, и Гданьск обстреляют?
Шамлевский вот уже неделю был на позиции. Капитан Слабый велел ему как следует отдохнуть и разрешил вернуться в строй. Капрал не стал долго задерживаться на отдыхе и теперь вместе с товарищами с волнением разглядывал силуэты кораблей.
— Ну, Гданьск не станут, а Новому Порту достанется.
Этого же мнения придерживался капрал Звежховский. Рыгельский, однако, с сомнением покачал головой и высказал предположение, что центр города тоже может получить свою порцию.
— Англичане, дорогой, не будут миндальничать. Ведь в Гданьске полным-полно немецких войск, и англичане должны их малость потеснить, а уж потом высаживать десант.
— Так они здесь будут высаживаться?
— А ты как думаешь? Только постреляют и отправятся восвояси? Высадят пехоту и вместе с нами ударят.
Шамлевский над чем-то глубоко задумался. Он уже достаточно много времени провел на море, чтобы знать, сколько дней должны идти корабли из Англии до Польши; подсчитав, что даже самые быстроходные суда никак не могли бы оказаться в этой части Балтики, он вслух высказал свои сомнения.
— Ведь они только вчера объявили Гитлеру войну. Если только они выслали эту эскадру раньше…
— Так это же ясно как божий день, — согласился с его предположениями Рыгельский. — Англичане чертовски хитрый народ. Плыли себе как ни в чем не бывало, и немцы не могли тронуть их, а как только объявили войну, они уже тут как тут. Здорово это у них получилось.
Корабли по-прежнему неподвижно стояли в глубине залива; их длинные серые силуэты сливались с цветом моря, и Рыгельский даже в сильный бинокль ничего не мог разглядеть на их палубах. Наконец он увидел светлые вспышки на бортах и крикнул:
— Начинают!
Над морем прокатился низкий свистящий грохот. Снаряды прошли над полуостровом, и где-то за каналом, среди домов Нового Порта, раздались глухие взрывы. Солдаты, обменявшись взглядами, вдруг все одновременно грянули:
— Ура-а-а!..
