Особым пиететом у постоянно находившихся в седле казахов пользовались лошади. Без коня кочевник не мог ступить и шагу. Ходить считалось чем-то постыдным и неприличным, джигиту всегда полагалось быть на коне – и в прямом, и в переносном смысле. С конем джигиты не расставались: он был для них другом, охранителем стад от волков, источником гордости. Грива и хвост лошади, по поверьям, оберегали от злых духов. Чтобы отогнать от ребенка зло, ему на шею вешали амулет из конской гривы или остриженной лошадиной челки. Оскорбить коня словом или ударить его значило оскорбить честь и достоинство его владельца, а подобное унижение смывалось порой исключительно кровью.
Неизвестный автор. Кыдыр и пророк Илия молятся вместе. Дата создания неизвестна
Ни одно животное в жизни казахского народа не играло столь значимой роли, как конь. В старину казахи, спрашивая, кто родился, задавали вопрос «пастух или табунщик?», имея в виду, что если родился сын, то он станет пастухом и будет перегонять табуны, а если дочь, то, выйдя замуж, она станет табунщиком и осчастливит свою семью табуном лошадей – выкупом со стороны жениха. Добрые вести приносили на белых конях, дурные – на черных.
Казахи не просто лелеяли лошадей, но и очеловечивали их. Жеребенка, в отличие от всего другого молодняка, величали «бала» («ребенок»). Они верили, что лошади, как и люди, видят сны и тоскуют по родине. Когда лошадь продавали, ей к морде подносили зеркало и выстригали ресницы, надеясь, что после этого лошадь забудет родные края и никогда не прискачет назад, бросив новых хозяев.
Трепетное отношение казахов к лошадям уходит корнями к очень древним тюркским преданиям, отголоски которых ученые находят, например, в мифах якутов (также представителей тюркских народов). Согласно одним мифам, вначале бог-творец создал коня, потом от этого коня произошел полуконь-получеловек (кентавр) и только затем – человек. Согласно же другим мифам, первый человек был рожден небесной кобылицей.
К слову сказать, сам великий Тенгри часто изображался верхом на коне.
Казах на лошади с беркутом. Около 1911–1914 гг.
Много мифов кочевники сложили о своих четвероногих любимцах, но мы остановимся лишь на самых примечательных и волшебных из них – сказаниях о морских конях и крылатых конях, тулпарах, способных выручить хозяина из любой передряги. Об этих мифах мы сейчас и узнаем. Тем более что морские кони и тулпары – близкие родственники.
На три мира разделена земля – на верхний, средний и нижний. И во всех обитают кони, самые преданные и прекрасные товарищи человека. В нижнем мире живут морские кони со змеиными хвостами и крыльями. В среднем – обычные. В верхнем – крылатые тулпары.
Морской конь, он же гиппокамп
Два тулпара на гербе Казахстана
Морские кони – родственники драконов, а их владыка, согласно некоторым легендам, не кто иной, как Камбар-Ата. Морские кони очень красивы: у них золотистая шерсть и длинные, волочащиеся по земле хвосты и грива. Во рту они держат волшебные камни яда, освещающие им путь в темноте. Если человек с храбрым сердцем батыра сумеет раздобыть этот камень, он станет всесильным и обретет способность повелевать духами воды – вызывать или прекращать дождь, снег и ветер. Некоторые ученые предполагают, что яда – прототип канберийе, талисмана дервишей ордена Бекташи.
Звездное скопление Плеяды
Морские кони-драконы могут изменять облик и превращаться в обычных жеребцов. В лунные ночи они выходят из озер, рек и морей, кладут волшебные камни на какую-либо возвышенность и мирно пасутся на сочной траве. Заметив человека, они хватают камни и мгновенно скрываются в глубине вод. Завидев же кобылицу, воспылавшую к ним любовной страстью, они соединяются с ней, и от этого союза рождаются тулпары.
Каких только поверий не ходит о тулпарах. И что это дикого нрава кони-драконы, свирепые и необузданные, не поддающиеся приручению, но дающие потомство кроткое, ласковое и послушное. И что появляются они на свет только вместе с будущим батыром и с ним же сходят в могилу. И что, рождаясь, тулпар обрекает на смерть свою мать, так как жеребенка, будущего крылатого тулпара, вынимают из чрева кобылицы, лишь вспоров ей брюхо, чтобы не повредить крылышки новорожденного.
