— Я вчера предупреждал вас от обжорства! Не послушались? Вот и болеете! Дурачье! Теперь уж терпите!
Взошло солнце, и вскоре из-за мыска появилась флотилия пирог. Они шли довольно быстро, рассекая морскую гладь своими узкими носами.
— Плывут! — Лука приплясывал от нетерпения и радости. — Я говорил, что всё будет хорошо! Глядите, вон и наши пленники машут руками.
Флотилия лодок перед кораблем растянулась, и пирога с пленниками оказалась позади всех.
Лишь одна пирога стукнулась о борт судна у трапа. Опять те же двое индейцев ступили на палубу и молча поклонились, едва нагнув темные головы.
— Почему вы не освобождаете пленных? — тут же спросил Назар.
— Белый человек коварство, обман, — ответила индианка. — Ваш люди быть свобода, наш люди иметь мушкет, припас.
Назар непроизвольно глянул на Луку. Тот кивнул согласно, не отрывая глаз от индианки. Остальные напряженно стояли рядом.
— Макей, возьми людей и принеси оружие и припасы к нему. Побольше.
Пока Макей с неграми таскали требуемое, индейцы осмелели и прохаживались по кораблю, осматривали всё, трогали руками, но молчали.
Пироги покачивались в отдалении.
Когда всё было принесено, индеец что-то коротко сказал людям на ближайшей пироге. Та быстро приблизилась, один из индейцев вскарабкался на палубу и стал передавать своим оружие и мешки с припасами.
Потом пирога отвалила, индеец крикнул, и лодка с пленными приблизилась.
— Как дела? — спросил Назар у Якима.
— Сносно, Назар! Нас не обижали.
— Якимко, привет, разбойник! — закричал Лука. — Я всё вспомнил! Иди сюда быстрее, я тебя потискаю!
— Боже мой! Ты ожил? Вот здорово-то! Бог услышал наши молитвы! Привет, дружище! Я так рад, борода!
Друзья обнимались, охлопывали друг друга и кричали, не слушая другого. Тем временем подошли другие пироги. Индианка тронула Назара за руку,
— Мой народ обещать, мой народ исполнять. Пирога, еда, вода, — и она широко повела рукой. В этом движении ощущалась гордость, достоинство и осанка владетельных сеньоров.
Негры перенесли на борт корзины и кули, сложили их на палубе, а Лука с восхищением глядел на индианку. Та не обращала на него никакого внимания, неторопливо спустилась в пирогу, и гребцы ударили веслами. Она так и не обернулась на всем протяжении пути до мыса, за которым и скрылась вместе с остальными лодками.
Вскоре корабль развернули, поставили паруса, подняли якорь и двинулись на север. И вдруг Назар встрепенулся:
— Какие же мы дурни! Забыли расспросить девицу о Гваделупе. Не обходить же весь остров кругом в поисках наших? Вот черт!
— Ничего, найдем! — крикнул Лука, обернувшись к Назару.
— Пошел ты!.. — огрызнулся тот и ушел на полуют к рулевому Колену.
Как оказалось, пленников отвели в деревню в миле от берега, за мыском. Их накормили, напоили и долго расспрашивали, но мало чего узнали — Яким почти не понимал, что говорила ему индианка, а негров вообще во внимание брать было бесполезно.
— Зато я узнал, как зовут эту индианку, Лука!
— Да? И как же, если не секрет?
— Катуари! Все ее так называют. Она там важная особа, Лука.
— С чего бы это так? Разве у индейцев женщин так сильно почитают?
— Кто его знает, но это так. С ней обращаются не так, как с остальными женщинами. Ее слушают, с ней советуются.
— Интересно, откуда же она знает французский? — задумчиво спросил Лука, но ответа не получил. — И что ты еще узнал интересного?
— А что можно узнать? Речи ихней я не понимаю, да и французский едва. Потому и сидел, почти как те негры. Надо речь осваивать. Тебе-то хорошо. Ты уже неплохо понимаешь, а я так и не выучил больше полусотни слов.
Весь день судно тащилось на север. Назар часто заглядывал в чертеж Ферона, поглядывал на море, на горизонт. Он ожидал землю, старался не отходить от штурвала, поминутно поглядывая на компас.
К вечеру ветер посвежел. Это и радовало матросов и в то же время беспокоило. Вдруг ночью проглядят остров и пройдут мимо.
— Взять паруса на гитовы! — приказал Назар. — Будем идти осторожнее. И глядите почаще на море, ребята.
— Думаешь дойти до Гваделупы до утра? — спросил Колен.
— Леший его знает! — волновался Назар. — Что тут думать, коль ничего не понимаешь в судовождении? И определиться мы не умеем.
— Что-то мне море не нравится, — заметил Колен и крутил головой в разные стороны. — Попахивает штормом.
— Не дай бог! Не пугай, Колен! Этого еще нам недоставало!
— Господи, пронеси и помилуй! — взмолился Колен, закатив глаза к небу.
— Назар, лучше немного изменить курс судна на северо-запад.
— Почему ты так говоришь, Лука? — озабоченно спросил Назар.
— Потому что птица туда полетела. Не морская она, на воду сесть не может. Значит, берег там, я уверен.
— Ну и глаз у тебя, Лука! Идем курсом запад-северо-запад, ребята. Подтянуть шкоты. Левого, левого борта, олухи! Теперь убрать слабину брасов левого борта!
Люди с трудом выполняли команды. Негры еще слабо разбирались в снастях, смотрели, что и как делали казаки с Коленом. Но маневр был выполнен. Судно изменило курс и пошло в нужном направлении.
Тревога передалась всем людям. Спать не хотелось. К тому же луну часто закрывали облака, плывущие на север.
