Казанские "Тандерболты" полностью

— Бомбы пошли.

Каждый из трёх боевых порядков 305-й группы отбомбился по ведущему. ЛеМэй ждал, когда появятся разрывы. Первые показались ему несколько рассеянными, но все пришлись в район цели. Затем упали остальные, и всё скрылось под плотным облаком.

— Капитан, самолёт ваш, — в голосе бомбардира явно слышалось самодовольство.

305-я прошла дальше, по ней всё ещё били зенитки, но ни одного самолёта сбито не было. Позади них 19-я и 35-я тоже накрыли станцию, несмотря на то, что их бомбы рассеялись сильнее. Теперь оставалось добраться домой. "Тандерболты", подобно пастушьим овчаркам, принялись сгонять подопечных в плотный строй, чтобы отвести к Волге. И примерно через двадцать минут после окончания налёта над Пензой протянул нить инверсионного следа разведчик F-5.

Покинуть подбитый B-17, как и долететь до земли, труда не составило. Всё произошло как будто само собой. А вот последние три с половиной метра явили проблемы. Сержант Чарльз Шульц повис на ветках и пять минут сражался с парашютом, прежде чем удалось перерезать стропы и выпутаться. Затем ему понадобилось время, чтобы прийти в себя после падения в подлесок. День явно не задался. Сержант хорошо усвоил, что его первейшая задача – как можно быстрее удалиться от места приземления. Он ничего не мог сделать с запутавшимся в ветвях парашютом, который безошибочно указывал на его позицию, и не сомневался, что у немцев есть поисковые группы для преследования лётчиков. После наглядных предостережений встречаться с ними вовсе не хотелось.

Что сделать в первую очередь? Понятно, уйти отсюда, но куда? Сейчас день, значит солнце будет уходить на запад, и безопасный путь – в ту сторону. Но немцы тоже понимают это, и будут искать там же. Сделать петлю и только потом пойти на восток?

— Тебе на юг, товарищ американец.

Шульц обернулся на раздавшийся позади голос. Из леса появились трое мужчин, один с автоматом и двое с пистолетами. Одеты они были одинаково – в плащи поверх белых рубах с расстёгнутыми воротниками, неописуемо широкие штаны и армейские сапоги под колено. Все трое носили плоские угловатые кепки. Бородатый автоматчик, очевидно, и был их предводителем. На английском говорил тоже он.

— На юг?

— На юг, братишка. Пойдёшь на запад – лес скоро закончится, там дальше только открытая местность. Думаю, ты знаешь, что фашисты ищут тебя и твоих товарищей. Если пойдёшь на восток, останешься в лесу, но в пяти километрах отсюда находится Глотовка91, там у них настоящее логово. На севере можно дойти до самого Чувашского плацдарма. Но гитлеровцы стянули к нему много войск, и подходы плотно патрулируются. Меньше всего их на юге. Леса дают нам хорошее укрытие, здесь много тех, кто нам помогает. А потом мы пойдём к западному берегу Волги, там тебя сможет подобрать бронекатер.

Шульц с подозрением посмотрел на них.

— Откуда мне знать, что вы не немцы, и не заманиваете на расправу?

Двое партизан нахмурились, но их вождь понимающе кивнул.

— Разумный вопрос. Но сам подумай – фашистам даже не надо тебя обманывать. Найди они тебя первыми, то уже повесили бы. Или чего похуже.

Смысл есть.

— Тогда двигаем. Колбасники будут здесь совсем скоро.

Предводитель кивнул.

— Сбито самое меньшее два бомбардировщика. То есть в здешних лесах ещё много твоих приятелей. Мы, партизаны, стараемся найти их до того, как это сделают гитлеровцы.

Больше говорить было не о чем. Шульц последовал за тремя лесовиками на юг – это выглядело единственным разумным решением.