Существуют технические устройства, которые позволили бы ему управлять креслом при помощи подбородка или даже дыхания, но Карина с Ричардом ничего такого не заказали. Требуемые для этого усилия стали для них непреодолимым препятствием — огромное количество страховых форм, астрономические, несмотря на какое-то возмещение, затраты, ожидание получения устройства. Вероятно, любому из окружения Ричарда тяжело вкладывать время или деньги в его возможность двигать подбородком или языком. Долго ли он будет дышать самостоятельно? При заказе устройства, обеспечивающего управление креслом-коляской при помощи дыхания, хорошо бы иметь ответ на этот вопрос, Ричард же предпочитает им не задаваться. Поэтому вынужден торчать в том месте, где его «припарковали», чаще всего здесь, перед телевизором, или в гостиной. Он застрял в доме, пока не закончится строительство пандуса, потому что его кресло не проходит в дверь, ведущую в гараж.
Как бы нелепо это ни звучало, отказ ног застал их с Кариной врасплох. Хотя не должен был. Билл и другие помощники по уходу на дому из «Керинг хелс», физиотерапевт, Кэти Девилло и невролог — все в один голос говорили, предупреждали, чуть не умоляли поторопиться с установкой пандуса. Не надо ждать. И Ричард, и Карина, оба прохлопали нужный момент. Ричард искренне верил, что сможет обойтись без этой чертовой коляски. Он так давно носил ортез на правой щиколотке, что уже привык, а его левая нога вроде была в полном порядке. Он сформулировал собственную, в высшей степени ненаучную, клинически недоказанную теорию, согласно которой болезнь приостановилась и перешла в его ногах в латентную форму, и уверовал в нее со всей истовостью религиозного фанатика. Ноги ему никогда не откажут. Аминь и аллилуйя.
Вскоре после того, как БАС вывел из-под его контроля правую ногу, белый флаг выбросила и левая. Паралич наступал стремительно, словно кто-то выдернул пробку из голеностопа и из него высыпался весь песок. Сейчас, сидя в кресле-коляске, глядя в пол и не имея возможности покинуть дом, Ричард все понимает с кристальной ясностью. Ничто в его теле не застраховано от этой болезни.
Он надеялся, что не придется тратиться на никому не нужный строительный проект, уродливое утилитарное сооружение, растянувшееся от парадной двери до подъездной дорожки. К счастью, на прошлой неделе его квартиру наконец продали, так что пандус он может себе позволить. Но Ричард предпочел бы оставить эти деньги Грейс.
Вот он здесь и сидит, мистер Картофельная Голова[38] без рук и ног, живой болванчик с качающейся головой. Его шея слишком ослабла, чтобы удерживать голову в вертикальном положении, особенно ближе к вечеру, что превращает использование головной мыши, даже когда на нем шейный бандаж, в пытку сводящим с ума бессилием. Так что с компьютером придется подождать, пока не привезут устройство для отслеживания направления взгляда от «Тобии». Заказ уже сделан. Ричард похудел со ста семидесяти фунтов до ста двадцати. Физически он исчезает, но при этом пространства занимает все больше — это кресло-коляска, медицинская кровать, БиПАП-аппарат, стул для душевой кабины, подъемник Хойера, который должен прибыть со дня на день.
Перемещение Ричарда из кровати в кресло по утрам и из кресла в кровать по вечерам — тяжелый труд, требующий большой силы и грамотной техники. Несмотря на субтильность и легкость, его вес — мертвый, как у спящего ребенка. Карине не справиться. С тех пор как Ричарду отказали ноги, Билл приходит два раза, утром и вечером, и задействует все свои мышцы, рост и специальный пояс, чтоб безопасно перенести тело Ричарда из пункта «А» в пункт «Б». Подъемник Хойера, который выглядит как нечто среднее между спортивным тренажером и гамаком, позволит любому безопасно перемещать больного в кровать и из нее.
Раздается звонок в дверь. Считаные недели назад это мог бы быть звон приклеенной к полу у кровати кнопки вызова, на которую наступил Ричард, сейчас же вариантов нет: кто-то пришел и хочет войти в дом. До Ричарда доносятся мужские голоса и звук чего-то вкатываемого в гостиную. Должно быть, доставили подъемник.
Спустя несколько минут перед Ричардом появляются ноги Билла.
— Ну что, Рикардо, давай-ка вытащим тебя отсюда. У Карины кое-что есть для тебя.
Билл произносит это с непомерным восторгом, точно родитель, перед тем как вручить маленькому ребенку особенный подарок. «Вот здорово! Подъемник Хойера! Всегда мечтал о таком!»
Билл кладет обратно на подголовник голову Ричарда, и того теплой волной накрывает неописуемое облегчение. Билл выкатывает его в гостиную. Ричард смотрит на рояль, стоящий перед эркерными окнами, которые выходят на улицу. Раньше там был диван. Карина сияет.
— Чо э-то?
— Я его спасла, — говорит Карина.
— Он мо?
— Я не могла допустить, чтобы твой рояль попал в чужие руки.
