— Не знаю, Ако, смотря как будем ехать. Если судить по его стоянкам, то Илани идет очень быстро. Может быть, мы его и догоним, но лишь к вечеру. Но не будем гадать. Укладываться будем, завтра рано вставать. Куропач присмирел, мунгурки уже не боится и от подпруги ему не щекотно, — говорит Кэлками, забираясь в меховой бараний спальник, сшитый Акулиной этой зимою. Акулина как обычно сначала повозилась в палатке, перед тем как отойти ко сну.
По мере приближения к Камешкам у Кэлками и Акулины настроение стало приподнятое. Они уже не унывали, как это было после гибели Утэ. Супруги никогда не ссорились между собой. Это обстоятельство, безусловно, помогало им справляться с повседневными трудностями охотничьей жизни.
— Ако, будь осмотрительней, тальник густой и топольник плотно вдоль дороги стоят. Вдруг олени запутаются. Зайдет какой-нибудь олень за дерево и растянет весь караван. Ты построже будь, иногда покрикивай на них, — предупреждает Кэлками Акулину, садясь на Поктрэвкана.
Хорошо протоптанная извилистая снежная дорога, как кишечник медведя, петляет между густых зарослей. Кто-то из охотников, а может быть, пастухи еще зимою расчищали топориком дорогу, отбрасывая в сторону обрубленные кусты.
— Тёг! Тёг! Тёг! — громко покрикивает Акулина, предупреждая ведомый ею караван о близкой опасности. Олени хорошо знают эту команду хозяйки и чутко к нему прислушиваются, осторожно ступая след в след друг за другом. Кэлками ехал медленно. Наклоненные ветки хлестали по его плечам. Пересекли две узкие протоки, в которых летом набиваются горбуша и кета, поднявшиеся на нерест. Протоки испещрены следами лисы, выдры и норки. Иногда попадаются следы росомахи. Эти звери всю зиму кормятся здесь. На затвердевшем снегу валяются высохшие кости рыбы. По берегам проток проложены тропы зайца-беляка. Кэлками вспугнул стаю куропаток. Куропатки взлетели прямо вверх почти вертикально, потому что подняться горизонтально не могли, не задев крыльями высокие заросли тальника.
«В реке Гижиге водятся голец и хариус, притом много. На сопках и речках, впадающих в эту большую и богатую реку, обитает белка. Все, что нужно охотнику, водится здесь. Однако промышлять некому», — думал Кэлками, следуя по тропе Илани Антона. Кусты поредели, и дорога вывела на лайду реки. Кэлками слез с оленя.
Снег в русле Гижиги местами выдут ветрами. На каменистой лайде торчат темные серые камни, примерзшие к песку.
Между застругами плотного снега, смешанного с надутыми песками, с берега видны полосы голубого льда. Противоположный берег реки был пологим, почти ровным. След каравана Илани, пересекающий русло Гижиги, поблескивал под лучами раннего солнца. Олени жмурились, потягивая легкий воздух, дующий с верховьев реки.
— Ако, слезай с седла, пешком поведем, а то олень споткнется, и ты можешь упасть, — сказал Кэлками Акулине, и она соскочила с седла.
Переход любого водоема по льду всегда вызывает тревогу в душе охотника. Реку перешли быстро и безо всяких хлопот. Выбравшись на берег, он привязал своих оленей за корягу, торчащую из-под наносного залома.
— Ако, ты передохни пока, я сейчас… — сказал он жене и спустился на лед.
Там он достал кисет с табаком и высыпал щепотку махорки в трещину во льду. Туда же бросил и несколько спичинок. Угостив реку, Кэлками тихо прошептал: «Это я, Кэлками, угостил реку табаком и дал спичек. Скоро буду возвращаться этим же путем. Снова чем-нибудь угощу», — и вернулся к оленям. Отвязав оленей, он сел на верхового и поехал дальше догонять группу Антона Илани.
— Все, поехали, — сказал Кэлками Акулине и направил Поктрэвкана на дорогу.
Лиственный лес по правой стороне Гижиги реже, нежели по левой восточной пойме бассейна реки. Но это только на небольшом участке, от устья Хайкамычака и до большой поляны Туртан. По пути попалась еще одна, но большая протока.
— Тёг! Тёг! Тёг! — предупреждала караван Акулина.
Дорога вывела на открытое почти ровное место. Отсюда след впереди проехавших охотников тянется в сторону пустынных заснеженных сопок с редкими полосами лиственниц, спускающихся в низменности по берегам оврагов и небольших речек, стекающих из недр каменистых россыпей. Кэлками догадался, что дорога пошла к перевалу на Алдыркачак
Кэлками хорошо знает это место. Сразу за перевалом берет свое начало речка Хякитандя, которая течет на юг в сторону Камешков. Но Хякитандя, немного не доходя до центральной усадьбы колхоза, круто поворачивает вправо и впадает в реку Тывтычан, которая несет свои воды к морю. По Тывтычану лосось тоже поднимается на нерест.
Илани — опытный охотник и с юности промышляет белку. Поэтому все выходы знает. Однако Кэлками сразу разгадал его маневр. Не доходя до реки Хайкамычак, Антон круто повернул направо к небольшой речке Долгычан, тоже вытекающей с перевала Алдыркачак.
