Встреча с миссис Карстон не дала практически ничего. Супругой бизнесмена оказалась красивая и чересчур словоохотливая женщина лет тридцати пяти. Несмотря на сбивчивую и нестройную манеру рассказывать, все ее слова целиком совпадали со словами мисс Стивенс. По ее словам, мистера Карстона все чаще и чаще стали охватывать приступы странной апатии и безразличия ко всему происходящему, резкая смена настроения и чрезвычайная раздражительность после упомянутых приступов. Бизнесмен наотрез отказывался признавать, что с ним происходит что-то странное и даже слышать не хотел ни о какой консультации. Том Картер стал расспрашивать подробнее об образе жизни ее супруга и возможных причинах изменения в его поведении, но их разговор бесцеремонно прервался с появлением самого мистера Карстона. Им оказался невысокий лысый мужчина с густыми светлыми бровями лет пятидесяти. Едва хозяин дома узнал о цели пребывания гостя его жены, как самым нелюбезным образом попросил его уйти. У бизнесмена оказались крайне неприятные манеры, и Тому показалось, что миссис Карстон не на шутку боится своего мужа. Однако гость сохранил хладнокровие и объяснил бизнесмену, с кем он имеет дело. Узнав о должности мистера Картера, Карстон повел себя более сдержанно и, сославшись на выдумки своей жены, заявил, что ему нечего рассказать ФБР, и что с ним все в порядке. Бизнесмен также предельно ясно выразил свое желание о том, чтобы его оставили в покое. Так и закончилось первое и, по всей видимости, последнее знакомство агента Картера с четой Карстон.
Том сделал очередной глоток и приложил сигару ко рту. На этом расследование можно заканчивать, расследование, которое и не должно было начаться, просто потому, что для этого не было никаких разумных оснований. Две богатые женщины подняли панику на пустом месте. Это было слишком очевидно с самого начала. И значит, пора паковать чемоданы и отправляться домой.
Однако, что-то все же не давало покоя агенту. Некая маленькая деталь, которую он мысленно отложил в уме и сейчас не мог вспомнить. И пока он ее не вспомнит, возвращаться в Лос-Анджелес ему не стоит. Надо думать еще и еще и вновь прокручивать различные варианты, пусть даже дело основывалось на пустом месте.
Если поверить двум женщинам и исходить из их слов, то странные события начались около месяца назад и все еще продолжаются. Странные приступы апатии двух богатых и влиятельных мужчин, тесно общающихся между собой и отрицающих факт этих странных апатий. Напрашивался лишь один закономерный вывод: сговор. Мэра и бизнесмена объединяет некое общее дело, которое они предпочитают скрывать даже от самых близких людей. И, вероятно, это дело не слишком приятное для обоих, настолько неприятное, что оба скрывают свой страх перед ним. Да, пожалуй, эта апатия, если она существует, может быть вызвана только страхом, диким страхом перед чем-то или кем-то. Ведь у них множество общих проектов, да и их совместный досуг – скорее всего лишь прикрытие. Наверняка на этих встречах они обсуждают, как выйти из некой ситуации, которая приводит их в ужас.
Если дело в этом, если их действительно связывает некая страшная тайна, то они играют свои роли очень убедительно: один все отрицает и наотрез отказывается сотрудничать с расследованием, а другой тоже все отрицает, но при этом создает видимость помощи расследованию.
Том Картер задумчиво вертел бокал в руке. Версия вроде бы вполне сносная, однако и в ней есть свое НО…Если бы они действительно хотели что-то скрыть, то едва ли появление непосредственно среди них агента ФБР их обрадовало бы. А в этой ситуации, их близкие сами вызвали к ним того, кого они, должно быть, менее всего хотели видеть. Как это объяснить? Непростительная недальновидность заговорщиков или столь неудачное стечение обстоятельств для них? А если в заговоре все четверо, то опять же зачем им привлекать внимание ФБР?
На эти вопросы у Картера пока не было четкого ответа. Если же рассмотреть другую версию и допустить, что все четверо говорят правду, то тогда получается действительно загадочная ситуация. Ситуация, в которой разберется только…Лакруа!
Мистер Картер чуть не поперхнулся. Он вспомнил слова, которые почему-то отложились в его памяти.
«Почему ты не хочешь сходить к психологу? Лакруа разберется в любой ситуации!» – испуганно-укоризненным тоном причитала миссис Карстон во время короткой разборки между ней и ее супругом на глазах у него.
Лакруа – французская фамилия, не слишком распространенная в Штатах. Так зовут психолога четы Карстон, а у психолога Джона Стивенса, если ему не изменяет память, вроде бы тоже французская фамилия.
