Склоны предгорий оказались достаточно крутыми, поэтому спутники не решались гнать лошадей. После небольшого леска из молодых сосен они выбрались на открытое пространство. Дорога теперь была выложена из стёсанных булыжников, а местами проглядывали обработанные людьми гладкие скальные плиты. Подковы коней стали чаще соскальзывать, высекая искры. Мюррей, Джон и Люк Стамп вынуждены были идти дальше пешими и вели коней в поводу. Часа через два подъёма по извилистому серпантину каменной дороги они вышли на почти ровное плато, которое вдруг оборвалось мрачным ущельем. Моста над бурлящим в пенной глубине потоком не было. Да и на другом берегу высились непреодолимые отвесные скалы. Только маленькая площадка виднелась на противоположном уступе. И на стене с той стороны были выбиты барельефы кентавра и человека, подробно и в полный рост. Они смотрели друг на друга, как бы приветствуя, вот и руки их почти соприкасались…
– А где же?… – растерянно завертел головой Люк Стамп, когда осознал, что дорога кончилась.
– Дымом несёт, – заметил Мюррей.
Джон вернулся по дороге к тропе из едко пахнущего белого порошка:
– Мы немного отклонились. Здесь выемка в скале, – и замер на краю углубления.
Мюррей и Люк быстро подошли к Джону и встали рядом.
– Не может быть! – руки приказчика затряслись. – Они всё сожгли! А люди?
Мюррей спрыгнул к остывшему кострищу, достал палаш, стал разгребать почти полностью сгоревшие доски повозок. Только пепел курился над потревоженными останками дерева и тряпок, да изредка раздавался скрежет железа.
– Костей не видать, – мрачно сказал Мюррей, поднимая голову к стоящим наверху мужчинам. – Разрази меня гром! Что же это?
– Конечно… Обрыв рядом. Все концы в воду… – Джон с трудом говорил через судорожно сжатые зубы. А ведь ему до конца не верилось в коварство таких внешне дружелюбных и разумных кентавров!
– Не может быть! – всё не мог остановиться приказчик. Дрожь волнами ходила по его длинному телу.
– Проклятые нелюди! Клянусь, мы отомстим! – Джон Стоун уже подсчитывал в уме, какую огромную выгоду он может извлечь из неожиданного преступления кентавров. – Уже скоро… Скоро!
– Скоро!!! – прокричал Джон в пустоту, пронизанную бездушными глыбами гор, и эхо отразило и раздробило его отчаянный клич праведного гнева на тысячи голосов.
В таверне «Золотой гусь» за массивным столом пили трое. Крепкое вино первым сморило бредившего во сне обгоревшими покойниками Люка Стампа. Джон Стоун и Мюррей продержались до ночи и вместе вывалились из заведения в темноту улиц. Обнявшись, они неустойчиво, но решительно направились к причалу.
– Эх, надо было рассказать нашим морячкам! Мы бы устроили им! – в который уже раз повторял Мюррей, размахивая свободным кулаком.
– Нет. Ещё рано, – рассудительно внушал ему Джон. – Запомни, удар наноси тогда, когда это выгодно тебе, а не противнику. Наше время скоро наступит… Скоро…
– Р-разрази меня гром, если не скоро! – рычал в ответ Мюррей.
По деревянным сходням, подталкивая друг друга, они поднялись на «Русалку севера». У борта курил капитан Рич, мрачно разглядывая просвечивающий огнями окон аккуратный прибрежный город.
– Здравствуйте, Джон! – остановил он компаньона, который собирался пройти мимо в свою каюту. Мюррей проскользнул в трюм по другому борту.
– Не спите, капитан? Странно… – Джон привалился к борту.
– Что-то муторно на душе. Тоска давит… Как подумаю о чуме, становится страшно. Как моряки на берегу? Я так и не выходил весь день… – капитан затянулся трубкой.
– В городе всё спокойно, если вы это хотите узнать, – злясь на весь мир, ответил Джон. – Кентавры ушли в горы обделывать свои дела. Начхать им на город! Они и без людей прекрасно проживут!
– В чём дело, Стоун?! Вы пьяны? – строго спросил капитан.
– Я трезв, пока на ногах! – Джон попытался выпрямиться, но ударился спиной о бортик, будто судно качнуло на волне.
– Мне кажется, это ненадолго, – капитан прихватил его и поволок в каюту.
Сознание Джона действительно отключилось, он ещё некоторое время бессвязно говорил, а потом умолк на своей корабельной постели.
Джон Стоун очумело разглядывал потолок, по которому скользили серые волны, пока до него не дошло, что он в своей каюте. Он тяжело поднялся и поискал на откидном столике бутылку. Она оказалась на месте, и Джон отхлебнул глоток, смывая сухость во рту. Он высунулся в открытый иллюминатор и с удовольствием вдохнул солёный морской воздух, смешанный с запахом арбузов и дынь. Почему-то у воды ими пахло особенно сильно.
В дверь без стука зашёл Мюррей. Он ухмыльнулся Джону, сказал негромко:
– «Тильда» пришла утром. Был сигнал. Никто, кроме нас об этом не знает, – хищно оскалил он зубы.
На Джона накатила такая волна счастья, что он едва не расхохотался в голос:
– Получилось! Чёрт побери, получилось! Капитан Рич на судне?
– Курит на палубе. Приказал, как проснёшься, прийти к нему. С утра чем-то недоволен, на парней набросился, отлаял по первое число. Так просто, на пустом месте.
– Ты ему, случайно, ничего не сказал? – что-то волновало Джона, что-то он никак не мог вспомнить.
