Всё это лишь усилило дебаты по поводу коммуникационной стратегии королевской семьи и возлагаемых на неё ожиданий. Вопреки настоятельным требованиям СМИ дворец отказался предоставить оригинал фото, что только усугубило интригу, особенно после того, как среди прочих деталей занятые горячечными домыслами люди обратили внимание ещё и на отсутствие на пальцах Кэтрин обручального и свадебного колец. Объяснение это требованиями врачебного наблюдения после перенесённой операции прозвучало весьма невнятно и любопытство публики нимало не удовлетворило.
Вроде бы мимолётная оплошность, но она красноречиво говорит о динамике развития королевских коммуникаций в эпоху, когда линии связи между личностью и публикой, аутентичностью и восприятием находятся под пристальным, как никогда, присмотром. Может, это и была невинная ошибка, но сама возможность подобного инцидента с новой силой высветила трудности, с которыми сталкивается современная монархия в части поддержания на высоте собственного имиджа. Эксперт по связям с общественностью Марк Борковски сказал в интервью
Надо понимать это так, что пиар-команда Уильяма предложила ему выступить с совместным заявлением от имени Кенсингтонского дворца для отражения нападок на его восстанавливающуюся после лечения жену. Поначалу было подготовлено заявление со словами «мы» и «наше», но в итоге принц предпочёл от его публикации воздержаться. В конечном итоге Кэтрин пришлось выпутываться самой. И заявление, в итоге, вышло исключительно от её лица.
Дабы разрядить ситуацию в ходе королевского визита несколькими днями позже, Уильям пошутил, подняв брови: «У меня жена настоящая искусница!» – Дело было как раз на мероприятии, посвящённом детскому творчеству.
Физически в поле зрения публики Кэтрин вернулась 16 марта, посетив любимую лавку фермерской продукции в шаговой доступности от их с Уильямом коттеджа Аделаида в Виндзоре. Те, кто её там застал, описывали принцессу как женщину непринуждённую и явно пошедшую на поправку, судя по улыбке на её лице. На следующий день их с Уильямом видели наблюдающими за игрой Джорджа, Шарлотты и Луи на кортах Виндзорского теннисного клуба. Подобные появления на людях начали утихомиривать бурю бредовых слухов в соцсетях, но теории заговоров от этого никуда не делись, а лишь продолжили множиться.
Привнесли в это свою лепту и некие странные фанатки, решившие привлечь к себе внимание футболками с надписями «Свободу Кейт!», слизанными с давних слоганов «Свободу Бритни!» американок, некогда протестовавших против того, что их кумир Бритни Спирс в возрасте 38 лет остаётся под надзором. Безвкусица и бессмысленность.
Наконец 18 марта сквозь эту завесу тумана прорезалось солнце:
Неделями плодились и гуляли в сетях всяческие страшилки про принцессу. Но и теперь, перед лицом правды, не все были готовы открывать на неё глаза. Ведь Кэтрин так и оставалась единственной достойной темой для пересудов, а потому самые богатые на фантазию завистницы попросту заявили, что на видео – не Кэтрин, а некая заметно более худая женщина, пытающаяся её изобразить.
На следующий день всплыла информация о том, что Лондонская клиника, где лечились Кэтрин и король, оказалась в центре расследования, связанного с обвинением трёх сотрудников в незаконной попытке получения доступа к частным медицинским записям Кэтрин. Покушений на историю болезни короля при этом выявлено не было. Уполномоченный по вопросам информации (ICO), отвечающий за защиту персональных данных, подтвердил поступление отчёта о выявленном нарушении.
А затем последовало шокирующее видео-объявление Кэтрин о том, что у неё выявлен рак и она начала проходить курс превентивной химиотерапии.