Первое рождество после допуска Кэтрин в члены Фирмы[98] супруги провели в главной усадьбе поместья Сандрингем, но прежде нанесли визит в лондонский приют Centrepoint для бездомной молодёжи, прежде находившийся под патронажем принцессы Дианы.
Кэтрин в преддверии Рождества решительно измучила себя выбором подарка для Её Величества, но, в конце концов, остановилась на чатни собственноручного домашнего приготовления по рецептам своей бабушки. «Я всё ещё думала, вот сделаю нечто такое, что ей ужасно не придётся по вкусу, – делилась она в документальном фильме ITV по случаю девяностолетия Её Величества. – Меня всё это слегка тревожило, но на следующий день я заметила его среди прочих блюд на столе. Кажется, простейший жест, а так долго до меня доходил, и с тех пор я множество раз обращала внимание на то, что она именно так и поступает, что, по-моему, просто показывает её вдумчивую заботу обо всех»[99].
Тридцатилетие Кэтрин в январе 2012 года стало своего рода вторым краеугольным камнем, поскольку по этому случаю было объявлено о том, что она заступает на ещё ряд новых постов по части королевского патронажа над благотворительностью, включая опеку детских приютов Восточной Англии и главенствующую роль в программе «Нет наркотикам!» В тех же числах она стала и добровольным членом Ассоциации скаутов.
Пока принц Уильям (в ту пору именовавшийся «звеньевым лейтенантом Уэльским» в составе Королевских ВВС) выполнял свой воинский долг, будучи переброшенным на Фолклендские острова в роли поисково-спасательного вертолётчика, по возможности с минимальным ущербом для мирного населения, Кэтрин вскоре получила свой шанс выступать на публике самостоятельно. Официальный сольный дебют её состоялся 8 февраля на открытии выставки в Лондонской национальной портретной галерее. Затем последовали мероприятия в Ливерпуле на день святого Валентина и в Оксфорде, и во всех этих местах она выступала от лица своих благотворительных фондов, которые всё это спонсировали. Она явно начала становиться на ноги как самодостаточная публичная фигура.
В подарочную обёртку этот её статус был упакован в марте на двух мероприятиях, где Кэтрин присутствовала в качестве спутницы Её Величества. В первом случае, правда, она разделила эту честь с Камиллой, приняв участие во встрече королевы Елизаветы с военнослужащими в роскошном лондонском универмаге Fortnum & Mason, после чего они ознакомились с ассортиментом товаров и заказали всё, что нужно, к празднованию бриллиантового юбилея королевы, а напоследок сдёрнули завесу с доски, сообщавшей граду и миру о начале восстановления исконного исторического облика Пиккадилли.
За считаные дни до первой годовщины собственной свадьбы, 8 марта 2012 года, Кэтрин присоединилась к королеве вторично по случаю церемонии открытия бриллиантовых юбилейных торжеств. Для начала они проследовали поездом до Лестера, где побывали на студенческом модном показе в университете Де Монфор и на службе в Лестерском кафедральном соборе, повсюду встречая экзальтированно-восторженный приём со стороны заждавшихся их появления народных масс. Идеально, как всегда, упакованная Кэтрин, не забывшая, естественно, запросить в секретариате королевы инструкции о приличествующем случаю дресс-коде, была в ходе этого визита одета в пепельно-голубой костюм LK Bennett и шляпку-таблетку от James Lock & Co. Годами позже она призналась: «Самым памятным для меня событием стал, я полагаю, выезд на целый день в Лестер. Я туда отправилась без Уильяма, и это вызывало у меня некую опаску»[100].
Затем на День святого Патрика состоялось первое сольное выступление Кэтрин перед военными. Одетая по такому случаю во всё зелёное, она посетила казармы 1-го батальона ирландской гвардии в Олдершоте и лично вручила офицерам трилистники. Талисман полка, ирландский волкодав по кличке Конмаэль, также удостоился от неё веточки этой зелени, правда, не в петлицу, а за ошейник.
После одиннадцатимесячной стажировки пришел, наконец, момент и для самого высоко значимого доселе события в карьере Кэтрин в качестве члена королевской семьи – первого публичного выступления с речью. Обратиться с нею ей довелось к волонтёрам Детского хосписа Восточной Англии в Ипсвиче. Она знала, что в тот день на неё будут обращены не только все глаза, но и все уши.
Исполнительный директор Грэм Бутленд вспоминал, как она нервничала, понимая, что выступает не только перед двумястами присутствующими, но и перед телекамерами, транслирующими её речь в прямом эфире. Хотя могла бы и не волноваться, настолько спокойным и ясным было её чётко продуманное выступление без всяких вольностей и импровизаций. По поводу отсутствия супруга, по-прежнему нёсшего службу на Фолклендах, она сказала: «Мне лишь жаль, что Уильям сегодня не смог быть здесь; ему бы тут полюбилось». Позже она призналась одному из гостей: «По мне так выступление с речами – сплошная нервотрёпка».
