– Как-то раз Мортон позвал меня в свою лабораторию. На операционном столе лежала то ли белка, то ли хорек, уж и не помню. Он проводил тогда еще опыты по бессмертию, а добился лишь того, что хвостик этого животного стал светиться. Примерно, как у них, – он кивнул на Квинн и Бреннуса. – Кэрью попросил меня погладить светящийся кончик хвоста этого зверька, а потом мы вместе вышли из лаборатории. Он указал на стайку птиц, и тут вместо привычного чириканья, я услышал, как они между собой разговаривают, ссорятся и даже напевают песни, в которых есть слова! Ты трогал лисий хвост? – вдруг строго спросил он у Кевина.
– Нет! – испугался Кевин, потом нахмурил лоб, вспоминая. – Или да. Но я не специально! Я брал Квинн на руки, когда спасал ее из воды! И что же, я теперь тоже стану бессмертным? – обрадовался он. Услышав это, Лин вскочил, подбежал к Квинн и провел рукой по ее хвостику. Мистер Розенталь рассмеялся.
– О, нет, сыворотку бессмертия Мортон вводил отдельно, поэтому это единственное, что не передается по наследству. Сейчас я расскажу, как это произошло со мной.
Я первым закончил свою работу. Это было невероятно! Конечно, часы еще не были идеальны. То они давали сбой, и замершие птицы в небе шлепались на землю, то я переносился назад во времени, но сам забывал об этом. В общем, часы требовали совершенствования.
Но, к сожалению, моя маленькая победа внесла раскол в нашу дружбу с Мортоном. Он заперся в своей лаборатории и сутками не выходил из нее. Если раньше мы вместе смеялись над нашими неудачами и радовались новым открытиям, то теперь он замкнулся и перестал рассказывать мне о своих опытах. Изредка, я встречал в лесу странных животных и насекомых – пчел, меняющих цвет, белок, умеющих частично становиться невидимыми или оленей, способных ударом копыта вызвать дождь. К тому времени мне стало одиноко, и я, порой, наведывался в соседние деревушки, чтобы обменять продукты на изобретенные мной безделушки и поговорить с местными жителями. Так я встретил Марту, влюбился без памяти и вскоре женился. Марта была очень красивой и доброй девушкой. Я продолжал работать над часами, заботился о своей жене, и стал абсолютно счастливым человеком. Это еще больше отдалило нас друг от друга с Кэрью.
Но однажды он пригласил меня к себе в лабораторию и торжественно сообщил, что изобрел бессмертие.
– Но как же ты об этом узнал? – рассмеялся я. – Ведь для этого нужно жить вечно! Его очень рассердила моя шутка. Мортон поставил передо мной банку с поденками и приказал:
– Садись и смотри!
– А кто такие «поденки»? – осторожно спросил Кевин.
– Это такие мотыльки, которые живут всего несколько часов! – терпеливо пояснил мистер Розенталь, ничуть не рассердившись на то, что Кевин его перебил. – И вот я сел в кресло, и целые сутки наблюдал за ними, не смыкая глаз. Ни один из мотыльков не умер, и тогда я убедился в том, что бессмертие существует! Я очень порадовался за моего друга! Но за те годы, пока мы не общались, он сильно изменился. Он предложил обменять мои часы на инъекцию бессмертия.
– И вы согласились? – воскликнул Кевин.
– Как ни странно, нет! – покачал головой мистер Розенталь. – Во-первых, я боялся побочных эффектов. Будь я один одинешенек на этом свете, я бы и секунды не раздумывал, но, когда у тебя появляется семья, то ты становишься очень уязвимым и осторожным! – пояснил он. – Но признаваться в этом было как-то стыдно.
– Но у меня есть только одни часы, – пояснил свой отказ я, – а у тебя этого бессмертия целая бочка. Это несправедливо. Давай, я создам еще одни часы, такие же, и мы тогда обменяемся? – он ничего не сказал мне в ответ, молча, развернулся и скрылся за дверью своей лаборатории. Мы не общались еще десять лет. За это время, я довел свои часики до идеала, и взялся работать над копией для Кэрью. И вдруг моя жена заболела. Моя любимая Марта стала чахнуть на глазах, и я бросился за помощью к Мортону.
– Часы! – выслушав меня, протянул руку он.
– Но копия еще не готова!
– Я хочу ТВОИ часы!
Он не оставил мне выбора, и я был вынужден согласиться на сделку. Только спустя много лет я догадался, что моя Марта заболела не просто так.
С тех пор, как часы попали в руки моего друга, со мной начали твориться странные вещи. Мне, порой, казалось, что один и тот же день повторяется снова и снова. Будто какие-то события уже происходили когда-то очень давно или даже во сне. Знаете, это еще называется дежа вю?
Кевин закивал, вспомнив, что, нечто подобное произошло с ним на ферме Долины Ли в тот день, когда он спас ребят от удара копытом лошади и нашел волшебные часы.
– Я стал подозревать, что Мортон проводит эксперименты надо мной и моей женой, а потом переводит часы назад, и мы об этом не помним.
– Но зачем?! – возмутился Кевин.
