Кроме этого ты должен будешь в качестве туриста посещать базу подлодок "Нью Ланден" и делать это как можно чаще, не подвергая себя опасности. Пересчитывай число находящихся на базе подлодок, в особенности атомных. Еще понаблюдай, нет ли какой-либо необычной деятельности неподалеку от базы. Особенно значительным будет наличие дополнительной стражи или большого числа крупных грузовиков. Если же ты не найдешь там подлодок вообще, сообщи нам немедленно. Проследи в районе нью-йоркской гавани, не собираются ли восстанавливать пирсы времен Второй мировой войны. Каждое утро попытайся обнаружить, не было ли в течение ночи особо активного передвижения войск или приезда больших грузовиков на пристань".
К этому времени Галкин поддался своей бессознательной привычке говорить очень быстро, если его волновала важность того, о чем он говорил. "С помощью Фрэнка и других друзей старайся проверять, не мобилизовали ли тайно некоторых резервистов. Постоянно прислушивайся к слухам о том, собираются ли эвакуировать из городов население или офицеров, находящихся на ключевых позициях. В течение последующих недель ты должен докладывать обо всем, что покажется тебе необычным. Неважно, каким бы незначительным тебе это ни показалось, это может оказаться важным для нас. Тебе понятны эти инструкции?"
"Да", — ответил Туоми.
"Тогда повтори их", — приказал Галкин — Туоми повторил все безошибочно.
"Очень хорошо, — сказал Галкин. Он встал и начал вытягивать свою удочку. — Семья твоя в порядке, — сказал он. — Мне очень приятно сообщить тебе, что ко времени твоего возвращения, они уже поселятся в совершенно новой двухкомнатной квартире".
"Я рад слышать это, — ответил Туоми. — Теперь, что касается моей семьи, я бы хотел поговорить кое о чем с Вами. На протяжении почти года Центр не переслал мне ни одного письма. Все, что я получаю, это стандартная фраза: "Семья и дети здоровы". Я надеялся, что Вы привезете мне хотя бы фотографию".
"Ты же знаешь, что иметь при себе фотографию было бы опасно, — ответил Галкин слегка раздраженным тоном. Однако быстро положив руку на плечо Туоми, добавил, — кроме того, ты скоро увидишься с ними".
"И все же я хотел бы получать немного писем", — сказал Туоми.
"Ну ладно, я посмотрю, что можно будет сделать, — пообещал Галкин. — Ты хорошо поработал. Всегда помни, что мы рассчитываем на тебя. Счастливо".
В 11 часов 46 минут Туоми уехал со станции Грейстоун. Чтобы убедиться, что русские не следят за ним, он почти
"Как прошла встреча?" — спросил Джек.
"Никаких трудностей, — ответил Туоми. — Но у меня есть, что рассказать вам".
Спустя более часа Туоми встретился с Джеком и Стивом на квартире ФБР в Джексон Хайтс. "Расскажи нам, что произошло, — сказал Джек. — Вопросы мы оставим на потом".
Агенты слушали его с профессиональной невозмутимостью, на их лицах лишь дважды мелькнуло нечто вроде повышенного интереса: первый раз, когда Туоми упомянул, что ему доверяются три шпиона, и второй раз, когда он перечислил полученные от Галкина новые задания. Однако как только отчет был окончен, Джек позвонил куда-то по телефону, разговор был очень кратким и таинственным. "У нас имеется нечто, что вам необходимо видеть немедленно, — сказал он в телефонную трубку. — Да, это будет готово сегодня вечером".
Агенты вместе с Туоми начали писать отчет обо всем, что сказал Галкин. Они работали всю вторую половину дня и даже ночью, без обеда, спеша приготовить отчет для отправки в Вашингтон. Уже было далеко за полночь, когда голодный, усталый, но ликующий Туоми отправился домой. По всей видимости, он уцелел как двойной агент, не вызвав при этом подозрений Центра. Скоро он сможет увидеть и обнять своих детей.
Сейчас все его мысли были заняты исключительно собой. Он не понимал, что его встреча на реке Гудзон и его новые задания можно отнести к историческому кризису. Еще меньше знал он о том, как много он сделал для усиления способности Америки справиться с этим кризисом.
Между апрелем 1959 года и сентябрем 1962 года Туоми обменялся с Москвой не менее, чем дюжиной посланий. Некоторые из них были написаны симпатическими чернилами и пересланы по почте, однако большинство были переданы через четыре выбранных для него тайника в Нью-Йорке. Установив слежку за тайниками, ФБР было в состоянии опознать разных советских агентов, оставлявших или забиравших послания. Эти агенты, за которыми следили с максимальной осторожностью, приводили. в конечном итоге, ФБР к другим тайникам и другим шпионам. Постепенно была раскрыта вся сеть советских шпионских операций в Соединенных Штатах.
