В этом весь Олег: только что он может быть очаровательным и улыбающимся, но в ту же минуту от какого-то звонка по телефону может нагрубить и выступить даже жестоко по отношению к человеку, который тут совершенно ни при чем. Он такой неконтактный.
Когда-то я написала о нем эссе «Самый-самый», которое имело множество отзывов и перепечаток. С того момента изменилось только одно: сегодня у него есть желание время от времени делать свою жизнь публичной. Возможно, это ответ на сплетни, которые ходят вокруг его фигуры. Помню его слова о Насте, что его совершенно ошеломило ее бескорыстие по отношению к нему. Он настолько привык, что женщины воспринимают его как человека с деньгами, либо бывало просто какое-то сильное творческое увлечение, которое быстро проходило и у самой женщины, потому что выдержать его энергетику трудно. Часто эти отношения потом переходили просто в дружбу. Рассказывая мне о своем увлечении, он знал, что я не передам это никому. Он рассказал мне про Настю, про девочку, которая приехала издалека в Москву и сумела завоевать, приворожить его.
Он мне рассказал, что его удивил один случай, связанный с ней. Когда она поступила в ГИТИС на музыкальное отделение, это было довольно дорогим удовольствием, поэтому она продолжала работать, чтобы платить за учебу. Олег был очень этим недоволен и предложил ей свою помощь в оплате за обучение, но она категорически отказалась, не взяла у него ни копейки. Она не принимала его подарков и всячески показывала, что она сама по себе и не хочет принимать его помощи. Показала характер «крепкого орешка», женщины, не ведомой корыстолюбием. Вся семья очаровалась Настей, она была проста, юна и очень симпатична. При встрече скромна и молчалива, но при этом очень умна и благородна. Влияние Насти на жизнь Олега я видела всегда, оно было скрытым, негласным, но безусловно: у него появились новые привычки, исчезла прежняя зажатость от его прошлой жизни. Сейчас интервью с ней показали по всем каналам в фильме про Олега к его юбилею. И она сказала там: «Если Олег известный и знаменитый актер, разве он не может быть хорошим мужем?»
Олег снимался во Франции в фильме «Восток-Запад», где играл врача, завербованного спецслужбами в пользу нашей страны. На мой взгляд, это не лучшая его роль. Я помню, как он позвонил мне вскоре после премьеры, чтобы узнать мое мнение. Эта традиция родилась у нас после одного случая.
Фильм «Кавказский пленник» памятен тем, что это первый фильм Сергея Бодрова—младшего, погибшего через шесть лет из-за схода лавины. Олег рассказывал мне, что режиссер фильма Сергей Бодров—старший был беспощаден к сыну, и он часто удивлялся жестокости, с которой отец обучал сына. Бодров—младший был настоящим гуманитарием, неприспособленным к публичности или сцене, этим, может, и объясняется его абсолютная естественность во всех ролях. А сам Бодров рассказывал после, что именно Меньшиков вел его все съемки, как гуру передавал ему свое мастерство и учил его простейшим вещам. Так вот, когда фильм еще не вышел официально на экраны, мне вдруг позвонили из «Известий» и пригласили на эксклюзивный просмотр и обсуждение картины. После просмотра я оставила ему голосовое сообщение, сказав: «Браво, Олег!» На следующий день он позвонил мне очень возбужденный и сказал: «Зоя Борисовна, вы уже посмотрели фильм! Вы не представляете, как важно для меня знать ваше мнение».
Я знаю много подходов к Олегу, чтобы как-то его принудить где-то поучаствовать. Я очень хорошо помню, это было лет пять назад, конфликт с Михалковым, который предложил ему роль в фильме «12». Меньшиков согласился почитать сценарий, полагая, что это будет проходная, быстрая работа. История крутится вокруг чеченского ребенка, которого обсуждают присяжные и должны либо оправдать, либо осудить. У него был какой-то перерыв в съемках, но, прочитав сценарий, он отказался. Почему-то Олег всегда с огромной ненавистью говорит об этом эпизоде, а Никита обиделся на него смертельно. Потому что отказаться сниматься у Михалкова – это огромная редкость. Михалков умеет создавать на съемках дружескую обстановку, многие актеры, которые у него снимались, отмечают это в интервью, что он умеет у актера вызвать такое страстное желание быть таким, каким его видит режиссер. После этого случая Михалков потерял Олега как актера.
В одном из редких интервью, которое Олег Меньшиков дал для фильма «„Триумф“ в Париже» режиссеру Тине Баркалая, на вопрос, что для него понятие «Триумф», имея в виду не премию, а все, что связано с деятельностью этого сообщества, он сразу начал отвечать:
– «Триумф» – это образ жизни… – Он было начал пояснять, что это значит, потом остановился, махнул рукой и повторил: – Это образ жизни.
