– Еще чего, – шипит главный, и я вижу, как он перерезает телефонный шнур, а второй грузит на подоконник мой любимый телевизор. Они уходят, от дома отъезжает машина с нашими вещами, с награбленным. Уже светает. Не могу поверить, что они меня не тронули.
Думаю, им была непонятна, их озадачила моя столь нестандартная реакция. Немолодая, в одной ночной рубахе, женщина не зовет на помощь, не умоляет, не впадает в истерику, а почти механически что-то бубнит. Я как заклинание повторяла одну и ту же фразу: «Я же вам не мешаю. Берите барахло и сматывайтесь. Не губите свою жизнь насилием». (Откуда взялась эта назидательность?) Я наблюдала за их действиями даже с некоторым любопытством. Они безрезультатно шуровали по ящикам в поисках денег или драгоценностей, чувствовалось, что и сами уже подустали. А я боялась одного: не выдержу, закричу, Андрей проснется, примчится со второго этажа и кинется на них. Другой реакции у него не бывает. Их трое, финал предрешен.
Это ограбление, конечно, оставило очень большой след на моей нервной системе. Я куражилась, давала показания, а через день в Доме кино планировалось открытие фестиваля, и мы были приглашены. У меня был такой стресс, что мне нужно было его перебить. Андрюша помог одеться мне в нарядное платье, и мы пошли на фестиваль. На этом фестивале я встретила свою близкую приятельницу Нею Зоркую, и она мне говорит: «Что с тобой, ты странно выглядишь – у тебя глаза затравленные». Я говорю: «Отстань». Она пристала: «Что случилось?» И я под влиянием эмоционального выплеска рассказала, что меня сейчас чуть не убили.
И она потом долго рассказывала нашим близким, что эта ненормальная Зойка поперлась на фестиваль после того, как ее чуть не убили ножом в горло. Я вернулась домой, а наутро у меня поднялась температура сорок. Медицина может изучать это явление, когда температура поднимается от нервного шока. Я не была простужена, у меня просто три дня не спадала температура.
А котенок жив-здоров. После него у нас была серия рыжих кошечек, которых разбирали. Андрюша все удивлялся, как я могла его не разбудить, он бы их… Можете себе представить: трое молодых людей, с ножом – и он сонный. Его угнетало, что я справилась без него, что ему не довелось показать свое мужество и геройство.
Об ограблении сообщили все новостные каналы телевидения. Ввиду широкой известности нашей дачи, где бывали главы иностранных держав, почетные гости России, громкое дело взял на контроль сам министр внутренних дел. Был объявлен всероссийский розыск. Поймали лишь самого молодого, который держал нож у моего горла. Это был семнадцатилетний мальчишка-наркоман, их связной, или наводчик. Он жил на соседней с нами улице. На следствии он показал, что они грабили дачи уже много дней. Подельники должны были, добравшись до Белорусского вокзала, оставить добычу в камере хранения и сесть на поезд. Он их видел впервые, они его наняли, посулив наркотики.
Этих главных не нашли. Судили мальчишку. Я в суд не пошла, сославшись на болезнь, лишь попросила помиловать этого дурачка. Следователь потом мне рассказывал, что перед судом он двое суток бился головой о стенку, у него начались ломки. Он просил свидания со мной, чтобы попросить прощения.
Когда-то я написала рассказ «Пистолет Божидара Божилова». Он тоже о неприятностях.
Не раз я оказывалась буквально на краю гибели. В разных обстоятельствах, разумеется. В Болгарии, например, опасность возникла при совершенно нелепой ситуации, чуть ли не фарсовой.
Было непривычно морозное для этих краев утро, когда мы с Андреем приехали в зимнюю резиденцию писателей Софии – «Ситняково».
Отдых болгарских коллег в этот раз более всего разнообразил снег, выпавший в разгар теплого курортного сезона. С раннего утра нам захотелось погулять по заснеженному лесу. Андрей пошел бродить в одну сторону, я – в другую.
Я уже возвращалась, впереди виднелась полянка перед домом, окруженным кустарником. Стояла полная тишь. И вдруг из-за куста выскочил Божидар Божилов с криком: «Вот она, любовь моя!» Раздался выстрел, я почувствовала дикую боль где-то слева внизу живота, в паху – перегнулась пополам. Божидар приближался, победоносно размахивая пистолетом, раскинув руки и хохоча. На мой крик наперерез ему бросился Вознесенский. «Ты что, с ума сошел?!» Божидар видел, что я не могу разогнуться, но, все еще не догадываясь о случившемся, ответил: «Да ты что? Она же шутит». – «Она не шутит!!!» – отчаянно заорал Андрей, подбежав ко мне.
Оказывается, только что вернувшийся из США Божидар привез пистолет, заряжавшийся парафиновыми пулями. И попробовал эту «игрушку» на мне.
– Почему ты на своей жене не попробовал? – закричал Андрей.
– Пожалуйста, – протянул ему пистолет Божидар, почему-то продолжая улыбаться.
Потом мы ехали в больницу, извлекали парафиновую пулю, рану долго лечили. Потом мы «попробовали» пистолет вместе с Божидаром, сидя на скамейке у входа в дом. Пуля наполовину вошла в дерево.
