Покормив Джамала, я положила его в кроватку и уставилась на няньку, которая никак не могла успокоить плачущую Асму. Девочка словно чувствовала, что мамы рядом нет. И это было ужасно. Нельзя бросать своих детей. И не важно, сколько тебе за это заплатили. Теперь я окончательно возненавидела Айше.
– Дай мне её сюда, – я протянула руки и нянька отдала мне малышку. – Тшшш, не плачь, маленькая. Не рви мне сердце, – глаза, и правда, наполнились слезами.
– Она ничего не ест, госпожа. Никакая смесь ей не нравится. Ей нужно материнское молоко, – вздохнула нянька.
Я взглянула на неё, опустила глаза на Асму.
– А если я покормлю её? У меня много молока…
– Госпожа, это было бы замечательно.
Я поджала губы, высвободила грудь, а малышка, будто почувствовав запах молока, тут же припала к соску.
Я улыбнулась тому, как жадно она схватила ручками грудь, словно боялась, что её у неё заберут. Я отвернулась, не в силах смотреть на брошенное дитя. Как же это жестоко… Неужели Айше никогда не одумается? Не вернётся? Неужели деньги дороже? Видимо, для некоторых людей – да.
Наевшись, малышка сразу же заснула у меня на руках. Её маленькие, мягкие губки ещё держали мой сосок, но крошка уже спала. Я аккуратно положила её в кроватку, а няня принялась осторожно покачивать.
– Спасибо тебе, госпожа. Я уже не знала, что делать.
– Я пойду, – встала я, чтобы отправиться на завтрак. Но перед этим нужно помочь Асаду одеться. Нерабочая рука доставляла ему немало неприятностей.
– Дети накормлены и спят, – сказала ему, вернувшись в нашу спальню.
Он задумчиво кивнул.
– Хорошо. Я зайду к ним чуть позже.
– Давай я помогу тебе одеться, – я не могла смотреть на то, как он одной рукой застёгивает на себе одежду.
– Я сам, – строго ответил он, а я не решилась спорить. – Спасибо, что накормила мою дочь.
Наблюдал за мной по камерам? С чего бы это?
– Тогда я пойду проверю, подали ли завтрак.
– Иди, – ответил он, продолжая издеваться над пуговицами. Я лишь покачала головой и вздохнула. Ну и характер.
На кухне что-то готовили, месили тесто, нарезали овощи.
Бушра и Валия склонили свои головы, приветствуя меня.
Я улыбнулась им.
– Как вам работа? Не устаёте?
– В песках было тяжелее, – ответила благодарно Бушра. – Спасибо, что спасли нас.
– Это вы нас спасли, – я взглянула на лицо Валии. Молодая, красивая девочка. И надо же так жестоко её избить. Гематомы и ссадины всё ещё уродовали её лицо. – Может тебе нужна помощь врача? – спросила я её, на что Валия замотала головой.
– Нет, госпожа. Врач ей не нужен. Я сама врач.
– Ну да… – я поджала губы.
– А как раны его высочества?
Я вздохнула.
– Раны заживают, а вот рука совсем не дееспособна.
– Я могу заваривать ему травки, чтобы скорее поправился. Разумеется, если вы не против.
– Это было бы замечательно, – улыбнулась я.
– Мой господин, я принесла тебе чай. Он поможет вылечить твою руку, – тихо проговорила Валия, войдя в кабинет.
Асад нахмурился.
– Обычно перед тем, как войти в мой кабинет, прислуга стучит в дверь. Тебя что, до сих пор не обучили? Ты не в пустыне.
– Прости, повелитель. Я буду стучать… Куда мне поставить чай? Мама специально для тебя его приготовила. Сказала, он тебе поможет.
Асад вздохнул, кивнул на стол.
– Здесь поставь.
Валия прошла к столу, поставила чашку и склонила голову.
– Что-то ещё? – Асад взял чашку, сделал первый глоток. Сносное варево. Только вот не ясно, поможет ли оно. Казалось, рука больше никогда не заработает. Словно атрофировались мышцы. Асад бы даже яду выпил, зная, что тот его излечит.
– Я хотела кое-что сказать…
– Я слушаю тебя, Валия. Говори и иди заниматься своими делами.
Валия робко шагнула к нему, резко остановилась, встретившись с волчьим взглядом халифа. Опустила голову, а руки сцепила в замок перед собой.
– Мой повелитель, я всё время думаю о тебе… Я вспоминаю те ночи, когда ты владел мной и никак не могу их забыть. Я знаю, ты любишь свою жену, а меня считаешь ошибкой, и мне больно от этого, – она сделала ещё два шага и упала перед его креслом на колени. Положила голову ему на ноги. – прошу не бросай меня. Не оставляй. Не забывай наши страстные ночи. Я готова подарить тебе счастье, только не гони меня.
– И кто же тебя этому научил? – он схватил её за подбородок, поднял лицо. Валия даже не поморщилась от боли, а он не нежничал.
– Что здесь… Асад! – он услышал голос Ани и тут же отпустил Валию. – Что тут происходит? Почему она стоит на коленях? – от испуга Аня заговорила на русском языке, а он зыркнул на Валию, рыкнул в её сторону:
– Встала и пошла вон! Немедленно!
Валия, размазывая слёзы по щекам, пробежала мимо удивлённой Ани, а последняя проводила её непонимающим взглядом.
– Асад?
– Присядь на диван, – велел ей устало, но Аня не сделала и шагу. Лишь смотрела на него так пронзительно, что стало некомфортно. – Присядь, Аня! – повысил голос.
Она молча приблизилась к дивану, упала на него, словно у неё отказали ноги. Он отодвинул чашку, встал и прошёл к ней. Присел рядом, притягивая её к себе здоровой рукой.
– Она принесла мне чай. Бушра думает, что сможет излечить мою руку.
