— …Ты своему начальнику доведи, чтоб он самых сильных бойцов вызвал. Чем быстрей он это сделает, тем безопасней для него нахождение на Украине будет. А еще скажи, что без меня и они с Белым Хортом не справятся. Что? Издревле на Руси таких как он, Перуновыми Хортами звали. По вашему, Белыми Волками. Опосля, церква порешила сих людей к ведьминому корню отнесть, а потом и вовсе признать вымыслом. Мол, сказки все. Нет, и никогда не было таковых. Ну, и нам сие на руку. Наплодила Земля защитничков! Туда, нельзя! Это не делай! Тьфу! Чуть что, жизни лишиться можно. Волк который вас беспокоит, он ведь пришлых из-за кордону как враждебную родной земле нежить рассматривает, и ничего преступного в уничтожении иностранных соглядатаев не усматривает. Вы для него болезнь, а он лекарь. Матерый он, словно не одну жизнь за плечами оставил. Уж дюже опытный и сильный. Ежели твой начальник не захочет с бабушкой дела иметь, то его жизнь ломанного гроша может не стоить. Доходчиво объяснила?
— Понял. — Кивнул головой. — Сколько?
— Вот! Уже молодец! Ну, так как не только для себя стараюсь…, ням-ням, э-э-э, по пять тысяч гринов за кажные сутки заплатит, и может быть уверен, что захомутаем шпиена тепленьким.
— Не круто ли берешь, Анастасия Николаевна? Боевику-наемнику и тому меньше платят.
— В самый раз, голубчик! Да ты в глаза-то мне не смотри. Не ровен час смертушку от болячки какой в них увидишь. Технику безопасности еще никто не отменял.
— Понял-понял! Прощения просим.
— Ну, так как?
— Убедила. Сегодня же к шефу поеду.
— Ступай, не задерживаю боле. Мой телефончик у внучка узнаешь.
— А он тоже?…
— Типун тебе на язык! — возмутилась старуха. Спохватившись, постучала костяшкой пальца по столу. — Телок телком, вроде тебя. Только во сто крат дурнее будет. Ты вон какой лощеный. Все, иди.
С облегчением покинул стены дома. Вдохнув свежий воздух, осознал в каком стрессе и напряжении все это время находился организм. Точно ведьма, теперь это без сомнений, как и правда все то, о чем она говорила. Немедленно к шефу на доклад…
Ты можешь быть могуществен, как сам Господь Бог, но стоит найтись кому-то, у кого хватит смелости продырявить тебе голову, и ты отправишься на тот свет, как и все прочие смертные.
За окном непроглядная темень. Фонари на тротуарах светят где-то там, внизу, а окна многоэтажек светятся не все. Народ еще толком не проснулся. Утро началось с того, что сидя на кухне, Хильченков встретил сначала Каретникова. Без лишних слов передал ему злополучную флешку. Потом подошла заспанная Ирина, ей налил в чашку свежесваренный кофе. Сидели, болтали ни о чем. Может и правильно делали. Время восемь сорок утра.
Ближе к девяти, предоставив Михаила самому себе, а Ирину разбираться в хитросплетениях личной жизни по телефону, засел за комп, предварительно созвонившись с Федором.
— Лови информацию, — прозвучал в трубке его голос. — Удивительно скользкий тип, этот твой Ван Альтен. Ребята всю ночь корпели, выискивая хоть что-то. В зоне нашей ответственности он работает впервые, все больше по странам третьего мира катается. Я сам ознакомился. По непроверенным данным, на Украину он скорее всего по делам фармкорпораций приперся, а не по поводу переворота. На майдане одной Нуланд за глаза хватило.
— Кто такая?
— Помощник госсекретаря в Штатах. Склочная баба. Нас, славян, чуть ли не дикарями считает. Чего ты так в этого Альтена вцепился? На территорию России он же пока не лезет.
— Вот именно, что пока. Ты я вижу, еще не проснулся?
— Совсем не спал. Ночь тяжелая была. Ты думаешь один такой?
— Ясно. Спасибо.
— Чего уж там…
— Этим адресом больше пользоваться не буду.
