Прежде чем взять в руку «трубу», оглянулся на спящего в кресле дежурного в зоне отдыха. Прапор откинув голову назад, спал с открытым ртом, создавая фоновый храп на вдохе. Скривился в подобии улыбки, предполагая, что за положенное для сна время в подобной позе, Титаренко снова не выспится, потом до конца дежурства будет как вареный рак, страдать от недосыпа.
Наконец-то нажав кнопку на телефоне, ответил:
— Друзь слушает!
Смешок в телефоне, чуть не заставил приступить к выражению чувств словами, имеющими смысл грязного словоблудия. Не успел! Из телефона послышался знакомый голос с нотками сарказма:
— Здравствуй внучок! Ха-ха! Что ж ты родную бабку не хорошими словами решил почтить. Ай-яй-яй! Нехорошо-о!
«Тьфу т-ты! Откуда только поняла о желании выматериться? Старая ведьма!»
— …Так я еще не такая старая, чтоб посылать на тот хутор, на котором обычно бабочек ловят. Ха-ха!
— Да я… Здравствуй баба Настя! Это я спросонья, не подумавши…
— А ты думай Северинушка! На то тебе и головушка дадена, а не только в нее есть. Ха-ха!
— Чего звонишь, бабаня?
— А вот узнать захотелось, как дела у мово внучка единокровного?
— Дела, как сажа бела! Хорошо, дела. Вот в Киеве служу. Комнату в общежитии дали.
— Не женился еще? Так ты Северин с этим не торопись, мы тебе жинку сами подберем. Из наших.
— Так я не тороплюсь, — мысленно добавил,… «Карга старая!», — знаю бабушка, что добра мне только ты желаешь.
— Во-во! Так я чего звоню-то! Там у вас на Владимирской, американские помощники обретаются…
— Тихо! — повысил голос стопоря разговор, стараясь не разбудить спящее начальство. — Т-ты там полегче,… не нужно об этом болтать. Да и твое какое дело, кто где обретается? Живешь в селе, вот и живи, пока тебя черти к себе не забрали!
И ведь действительно прав Северин Друзь. Сержант СБУ понимал о чем высказал бабке. В селе каждая собака знала, что косо смотреть в сторону бабки Насти, себе дороже. А уж облаять или там, оскалиться, так можно сразу бежать к речке и топиться. Проще будет. Не так больно. Настасья, женщина преклонного возраста, по виду, так вообще божий одуванчик. А на поверку, существо, по другому и не назвать, обладающее вредоносными демоническими способностями. Не одного, не двух, многих своим взглядом свела в могилу, наслав болезни. Потом издали наблюдала, как сгорает человек от смертельного недуга. Считанные единицы ведуний, могли снять Настасьину порчу. Между собой народ трепался, что ведьма еще в молодости набрала силу. Могла околдовать человека, превратив его в коня и заездить до смерти. Шептались, что все это она проделывала всего лишь взглядом. Киевская область вообще испокон века была богата на ведьм. Причем на ведьм сильных и злющих на весь род человеческий. Чего им счастье людское, так поперек горла ставало? Не понять простым смертным! Может Лысая гора на них свое действие оказывала? Очень может быть! Сделать человеку пакость, для каждой из них непередаваемая радость. Доходило до того, что и мужей своих рано в могилу сводили. Не могли стерпеть, что те в браке с ними же, хоть толику счастья, а все ж испытывали. А это не порядок!
— Ты погодь, внучок! Не пыли на старушку. — Осадила внука. — Что, слушают наш с тобой разговор? Хай слушают. Так вот, скажи там главному американцу…
— Обаме, что ли?
— Я те дам, Обаме! Вумный какой выискался! Оно и видно, кого мамка нагуляв, бабке в подоле принесла! Скажи тому, кто в ваших верхних апартаментах проживает. Гм!.. что ежели хочет поймать русского шпиона, который попытается уничтожить приехавшего недавно в Киев начальника, пусть к бабке Насте подъедет. Научу как сие дело провернуть. Без меня не управятся. Понял?
— О-хо-хо! Подведешь ты меня под монастырь!
— Не бзди, внучек! Тем более с оным заведением, сам знаешь, не в ладах я. За сим прощевай. И не тяни с ентим делом!
— До свидания, бабуля!
Частые гудки в телефоне, донесли до мозга, что его прощание, сволочная старуха оставила без внимания. Не нуждалась она в этом! Особенно сильная рулада храпа прапора заставила Друзя обернуться.
«Не захлебнулся бы слюной! Возись потом еще и с покойником. Проклятая бабка, все настроение коту под хвост пустила! Шпиона, видите ли она укажет!»
Потянулся к мышке, отложив телефон в сторону, но экран монитора вдруг схлопнул картинку, нагло окрасился в черный цвет.
— Да пойду я! — в сердцах обратился в пустоту сержант. — Вот утром и пойду!
Монитор, как по мановению волшебной палочки, засветившись, перешел в обычный режим. Вот и не верь после этого в чертовщину. В голову запоздало пришла мысль: «Ну, бабка дает!»…
