Тони, Роб, Алан и я навестили его ночью в больнице (нам сообщили по телефону), и там он рассказал о том, что случилось. Как раз перед нами с допросом приезжали копы. Он избавился от них, подняв стул и заявив, что выбросит его в окно, если они не свалят. Пока он выздоравливал, был подписан договор о компенсации в 30000 фунтов. В случае отказа могло последовать возмездие. Но деньги были уплачены. Суровая справедливость.
Энг Мэттьюс спросила одного из охранников, как они могут так жить.
Он ответил: «Самое страшное, что со мной могут сделать, — пристрелить. А мертвому уже будет всё равно».
Ему было пофиг. Вероятно, вы назовёте это храбростью. Это были крайне суровые парни, которые действовали резко и сильно рисковали. Но что забавно — они могли дать слабину, но не многим позволяли видеть это. Как ни странно, они бывали очень приветливыми и обходительными. Я знаю про это, потому что сдружился с ними. Они отключали при мне свою защитную реакцию, но, когда было нужно, всегда вовремя включали её обратно. Если честно, мне нравилось тусоваться с ними. Я чувствовал себя посвященным, что было опасно, но ужасно интересно. Помню, как один из них сделал своей девушке сюрприз и отвёз её на выходные в Грецию. Они прибыли в намеченное время и достали спрятанные семь грамм. Какое-то время всё шло нормально, но потом произошла какая-то ничтожная размолвка, в результате чего парень разгромил весь номер. Девушка с криками выбежала и привела наверх сотрудников бара. Он побил их всех, всех семерых. Чтобы арестовать его, потребовалось десять отрядов полиции быстрого реагирования со слезоточивым газом. На следующий день его депортировали. И кто сказал, что романтика умерла?
Наши охранники были настолько сильными и свирепыми, что нас везде ассоциировали с ними. Помню, как однажды ходил в Paradise Factory (клуб, построенный в здании, где располагался офис Factory, после того как оно было продано из-за банкротства компании) с более молодым охранником из Хасиенды. Назовём его Джек. Он был в таком же неадеквате, как и я. Мы подружились, но, чёрт возьми, он втянул меня в неприятности.
Охранники в Paradise Factory были чертовски дотошны, реально омерзительны. После десяти минут я спросил: «Чувствуешь здешнюю энергетику? Тут реально неуютно».
«Ой, нет-нет. Не волнуйся, всё будет хорошо».
Он вернулся к разговору со своими знакомыми, а я подумал, что не могу больше это терпеть. Я уговорил своего приятеля уйти.
Мы вернулись в Хасиенду, и я сказал: «Блин, охрана там дружелюбностью не отличается».
«Ну да, но на прошлой неделе я прижал одного из них к стене и приставил мачете к горлу. Возможно, поэтому».
Они не пропустили наших людей по флаерам, а мы ответили тем же, так что ребята спустились, чтобы разобраться.
«Ага, понятно».
Прогулки по опасным районам были способом показать себя. Подобные вещи происходили всё время, когда мы тусовались. О его репутации я всё понял, когда увидел, как внезапно меняются лица людей, где бы мы ни появлялись. «Господи, как же здесь неуютно», — думал я и уходил.
В другой раз мы встретились у здания Corn Exchange в Манчестере, которое сейчас называется Triangle. Там он купил в киоске нож — большую фигню типа SAS для выживания с зубцами на лезвии. Я спросил его, зачем он ему.
Он ответил, что нож нужен для домашней коллекции, и предложил пойти выпить в Conservatory.
Разумеется, я согласился. Там мы стали выпивать с ещё одним знаменитым бандитом. Приехал управляющий, так что я решил свалить. Как вдруг вижу у моих приятелей новёхонький нож Джека. И я тут как тут посреди них сижу. Я вспылил: «Ты почему мне не сказал? Мне не нужны проблемы!»
Он просто рассмеялся.
Мне оставалось лишь усиленно извиняться перед менеджером на следующий день. Он сказал, что всё в порядке и он уже привык.
Блин, а ведь мы с ним были в одной упряжке.
Думаю, что Джек считал меня своим другом. В Хасиен-де он стоял рядом со мной и был учтив. Однажды два парня подошли и сказали: «Привет, Хуки, мы из Чикаго. Мы проделали весь путь лишь для того, чтобы увидеть New Order в своём клубе».
Джек принялся орать: «Какого хрена вам надо! Оставьте его!»
Я сказал, что всё в порядке, но он не замолкал: «С фига ли вы такие дерзкие!» — и вышвырнул их, не слушая меня. Слишком надёжная охрана, как пёс со своей костью.
Несмотря на подобные случаи, мы хорошо ладили и ходили вместе на множество вечеринок. У нас был один круг общения, поэтому были общие темы. Если он подозревал, что я что-то с собой принёс, то покидал своё место и стоял возле меня весь вечер. Как будто у меня был собственный неконтролируемый, психопатичный (но очень дружелюбный) телохранитель.
Некоторым историям про охранников вы просто не поверите. Например, накануне Рождества они «попросили» посетителей сдать по одному фунту и все собранные деньги отнесли в местную детскую больницу. Очень трогательно.
Многое можно сказать про Дэмиена Нунана, но он был очень предан своей семье. Однажды к нам пришёл Райан Гиггс из футбольного клуба «Манчестер Юнайтед». «Задержите его здесь», — велел Дэмиен охранникам.
