Тони был религиозным человеком, что не вязалось с его поведением. Он был немного старше нас, и мы относили его к другому поколению. Для нас он был выше по статусу, как босс, и часто именно он руководил нашими делами. Время от времени он проведывал нас, интересовался, как дела у группы, а мы даже немного робели перед ним из-за его успеха на телевидении. Он был очень влиятельным человеком, а мы представляли собой кучку задротов пролетарского происхождения из Солфорда. Много раз именно он воодушевлял нас продолжать работать. Он был полон энтузиазма и всегда упорно работал над проектами, в которые верил. У него были свежие идеи, но, как я позже понял, он любил приукрашивать вещи. Идеи отягощали его и со временем надоедали, не давали переключиться на новый проект, что расстраивало его. Это означало, что проект он запускал, после чего оставлял его воплощение другим, не всегда убедившись, что эти люди могут выполнить работу качественно. Ежедневное управление Factory он оставил Алану, но, в отличие от Тони, тот не очень ладил с людьми. Мне кажется, что они хорошо компенсировали недостатки друг друга.
Наш менеджер Роб Греттон оказался одним из наиболее важных людей в моей карьере. Когда мы начали работать вместе, он снимал комнату в Чорлтоне и был на мели. Вырос он в большой семье из рабочего класса в Уайтеншо. У Роба были ещё сестра и два брата. Семейные отношения очень много для него значили. На протяжении всей жизни ему было важно находиться рядом с близкими людьми. Отличительной чертой Роба была преданность, а ещё он обожал Манчестер. Город и работа на его благо были его страстью.
Роб ненавидел свою прежнюю работу в манчестерской страховой компании Eagle Star Insurance. Деньги никогда не могли заменить ему свободу и развлечения. Ему не нравилось, когда ему указывали, что делать, поэтому он всегда сам искал возможности реализоваться. Первые концерты он устраивал в Oaks, в Чорлтоне. Я ходил туда, чтобы послушать Siouxsie and the Banshees и до сих пор храню билет с того раза. Позже Роб основал свой лейбл, чтобы выпустить сингл Panik. Забавно, что он украл нашего тогдашнего барабанщика Стива Бразердейла. Помимо этого, он работал тур-менеджером группы Slaughter and the Dogs, создал и продюсировал их фэнзин.
Некоторое время Роб и Joy Division вращались в одних кругах ещё до того, как он решил сотрудничать с группой. Если что, это мы пришли на его сцену, а не наоборот; когда мы только начинали играть, Роб уже всерьёз работал в манчестерской музыкальной сфер*е. Действительно, это было настоящее сообщество. Мы играли ради великой цели, были полны надежд поделиться с миром знаниями и изменить его к лучшему. Мы были бунтарями и ощущали желание сопротивляться системе.
Роб, как и все почти, кто был связан с Factory, был воспитан в католической семье. Лишь мы с Бернардом росли в протестантских семьях, что служило поводом для многочисленных шуток. Роб не особо рассказывал о своей духовной жизни, но было дело, что он и его девушка Лесли Гилберт работали в израильском кибуце. Для этого он даже оставил все дела на год, но в конце концов ему надоела пугающая и недружелюбная обстановка, ровно как и необходимость носить с собой винтовку. Он вообще не ладил с механизмами и не любил оружие. Удивительно, что он случайно не застрелил Лесли или себя.
Мы не много сотрудничали с Лесли. В первую очередь из-за того, что Роб очень старался разделять свою карьеру и личную жизнь. Он не любил, когда музыканты приводили на концерты своих девушек или жён (как было с Йеном).
В его понимании то, что происходило за кулисами, должно было там же и оставаться. А многое плохо сочеталось с семейной жизнью. Роб организовал всё так, что в дороге мы оказывались совсем другими людьми, как в повести «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда».
Насколько я помню, мы все время искали место для выступления. В 1979 году на концерте Factory в канун нового года Joy Division выступали вместе с Distractions и группой Section 25, также подписанной на лейбле.
Ранее этим утром Тони отправил Роба купить пиво в банках, чтобы продавать их за 50 пенсов каждую.
И во время выступлений Роб стоял за барной стойкой в надежде заработать таким образом. Разумеется, ни у кого не было наличности без сдачи, а про то, чтобы устроить кассу, он даже не думал. В конце концов он процедил: «Да пошло всё к черту, давайте просто раздадим банки». Что и было сделано.
Мы часто ходили в Ranch к друзьям владельца этого заведения — Фрэнка «Foo Foo» Ламара. Милый парень, который играл женские роли еще до Лили Сэвидж. Сотрудничая с Ranch и Metz, он был одним из владельцев клубов, которые стояли у истоков гей-квартала (Gay Village). Каждый четверг там проходили панк-концерты. Собирались ребята из Buzzcocks, Slaughter and the Dogs, Drones, Manicured Noise и все прочие, игравшие панк в Манчестере. Нужно было быть осторожными, поскольку неизвестно откуда могли заявиться «правые» тедди-бои[3] и поджидать нас. Пабы и клубы были опасными местами независимо от убеждений, которых вы придерживались.
