– Тут должна сидеть Жанетт, – быстро шепнула Рина, увидев, куда смотрит Джин. – Но она всегда в разъездах. А вот там, рядом с Шэдоу – Дар. Не знаю, что у них двоих случилось, но она не пожелала оставаться в ковене. Укатила в Батон-Руж.
– А можно уйти из ковена?
– Можно, конечно. Не факт, что примут обратно. Если кто-то из нас покидает ковен по своей воле, кресло пустует ещё полгода. Потом либо ты возвращаешься, либо тебя заменяет кто-то другой.
Рина незаметно коснулась ладони Джин – явно хотела не то приободрить, не то успокоить – и уселась в своё кресло.
– Прошу заметить, сегодня «Луизианский приют» посетила почётная гостья, – разнёсся по залу голос Юджины. Она говорила негромко, но стены будто подхватывали каждое её слово и обрушивали на присутствующих непомерной тяжестью. Джин скользнула взглядом по ведьмам: кое-кто из них поморщился, явно не оценив такого эффектного приветствия. – Возможно, вскоре она станет одной из нас.
На мгновение Джин почудилось, что по залу пробежал лёгкий ветерок. Хрустальные подвески у неё над головой зазвенели. Значит, среди присутствующих есть и ведьма, способная повелевать силами природы, – Афина рассказывала о таких. Редкий дар, чьи корни уходили в самую глубину веков, сейчас проявлялся у единиц и, быть может, раз в пару десятков лет.
Знать бы, кто это. Леви? Шэдоу, с которой так дружен Алекс?
Юджина повела ладонью, приглашая шагнуть в центр.
– Вирджиния Симона Фэйрфакс, – продолжила она. – Племянница Дельфины Фэйрфакс, которая, насколько помнят все присутствующие, всегда была в числе сильнейших ведьм этого города. Сильнейших ведьм штата, если говорить начистоту. Прежде всего хочу сказать, что безмерно счастлива – дар Дельфины не исчез бесследно, а нашёл новое вместилище.
Пальцы привычно сжали край футболки. Джин годами давила злость в себе, не желая выходить на очередной виток ссоры с матерью – ту могло вывести буквально что угодно. Чаще всего она вертела и сжимала первое, что попадалось под руку. Совсем от раздражения это не избавляло, но помогало выдохнуть хотя бы ненадолго.
Вместилище, вот оно как. Невысокого же мнения о ней Верховная.
– Нам известно, что Афина Гудвин, белая ведьма, уже начала твоё обучение. Это большая ошибка, – Юджина на миг поджала губы. – Ей никогда не совладать с даром, который когда-то жил в Дельфине. Наша сила порой требует выходить за рамки дозволенного. Проламывать барьеры, которые вокруг с таким рвением выстраивали перестраховщики наподобие Афины.
– При всём уважении, Верховная, вы не спешили.
Юджина осеклась. Вежливая улыбка, точно приклеенная к её лицу, дрогнула, скривилась.
Возможно, не стоило этого говорить – но раздражение по-прежнему рвалось наружу, хотя край футболки уже наверняка выглядел пожёванным. Легко обвинять Афину. Ведьмы, сидящие здесь, даже не догадывались, как Джин порой было не по себе из-за лихорадочного шёпота на незнакомом языке, что раздавался прямо внутри её головы. Как было неуютно до сих пор не ощутить себя хозяйкой в доме, который она вообще-то унаследовала. Казалось, внутри неё росло нечто чужеродное – но оно затихло, стоило Афине приступить к обучению.
– Вы все живёте с даром, – Джин смягчила тон, – многие годы. Я лишь недавно узнала, каково это. Ощущения не из приятных, особенно если понятия не имеешь, что с ним делать. Если вы знали, что дар Дельфины может перейти ко мне…
– Да. Тут ты, безусловно, права. Стоило поторопиться. Однако пойми нас правильно, Вирджиния – нужно быть или очень смелыми, или попросту глупыми, чтобы так легко принять в свои ряды девчонку с улицы, не потрудившись разузнать о ней хоть что-то.
Вынюхивали, значит.
Если Джин и успокаивало хоть что-то, то лишь одно: Верховная даже не собиралась скрывать очевидного – ковен следил за ней, прежде чем пригласить сюда. Когда желают ударить в спину, о таких вещах молчат.
– Присоединится ли к ковену новая ведьма, мы всегда решаем вместе. И, пока вердикт не вынесен, хотелось бы попросить тебя о небольшом одолжении.
Юджина неспешно поднялась, шагнула навстречу. Её взгляд был холодным и цепким, как у хищника, который прекрасно знает, что у жертвы почти не осталось сил сопротивляться. Рывок – и всё будет кончено.
– Продемонстрируй, будь любезна, чему успела научиться у Афины. Нам хотелось бы понять, каким потенциалом ты обладаешь.
Дыхание перехватило, будто кто-то быстро и точно ударил её в живот.
Вот оно: Юджина, безусловно, понимала, что белая ведьма мало что способна сделать с даром Дельфины – и догадывалась, насколько Джин пока слаба и неумела. Решила выставить одну дерьмовой учительницей, вторую – никудышной ученицей. Мерзко, но красиво.
Джин сосредоточилась. В сознании вспыхнул тот самый защитный знак, без которого она теперь не запирала дверь на ночь. Совсем легко: три коротких черты, одна длинная, тонкое полукружие справа. Стоит лишь немного напрячься, всем сердцем пожелать, чтобы защита сработала и рисунок не остался простым рисунком…
– Молодец! – услышала она сбоку. Голос, кажется, принадлежал Иджи.
