Защитный знак горел на полу, окутанный мягким зелёным сиянием. Джин выдавила слабую улыбку, осторожно сдвинулась с места. Голова закружилась. Пока даже простые вещи давались ей с невероятным трудом, и всякий раз магия била по Джин так, будто была совсем не в восторге от того, что вынуждена ютиться в её теле. Лоб взмок, кожа пылала – простой она под палящим солнцем пару часов, и то чувствовала бы себя не так паршиво.
– Неплохо, – сдержанно похвалила Юджина. – Что ж, тогда прошу сестёр высказаться. Мы голосуем, чтобы решить, присоединится к нам кто-то или нет. Бывали исключения, однако… Ты не из них. Джейми?
Травницу, о которой нередко говорила Стэши, Джин впервые видела так близко. Она сидела в кресле боком, опершись на один подлокотник и беззастенчиво закинув ноги на второй. Как ни странно, никто не говорил ей ни слова. Лукавый прищур тревожил, но не слишком, а выкрашенные в тёмно-алый, почти бордовый, волосы были уложены в небрежный пучок.
– Я за. Давненько у нас не было новеньких! – она подмигнула Джин.
– Очень хорошо. Алана?
Шэдоу – как оказалось, именно её на самом деле звали Аланой, – носила короткую стрижку, совсем как Верховная, и пряталась в многослойных чёрных одеждах из летящего шифона. В ушах покачивались серьги-полумесяцы.
– Против.
Неожиданно. В глубине души Джин хотелось верить, что уж старая подруга Алекса будет на её стороне.
– Имоджен?
– За, – Иджи тряхнула головой, и многочисленные подвески звякнули. – Если кого-то так тревожит, что её обучение начала белая ведьма, это отличный шанс всё исправить.
От Джин не укрылось, как она недовольно скривила губы: Иджи не любила своё полное имя.
– Леви?
– За.
Платье в баварском стиле улыбчивая Леви сменила на элегантный, глубокого бирюзового цвета брючный костюм, но и сейчас казалось, что она вот-вот поднимется со своего кресла и потянет всех танцевать. Ноги беззвучно притопывали, пальцы отбивали по подлокотникам известный только ей ритм – Леви явно было неуютно сидеть на месте.
– Рина?
– Против.
И снова неприятное удивление. После того как неожиданно по-доброму Рина встретила её у дверей «Приюта», Джин не сомневалась, что ответ будет иным.
– Без обид, пожалуйста, – добавила Рина. – Мне просто кажется, что если Афина начала учить Вирджинию, ей и заниматься этим дальше. Белые и чёрные ведьмы придерживаются слишком разных методов. О мамбо, – она бросила быстрый взгляд на Иджи, – и говорить нечего.
– Тогда, вероятно, не стоит поминать мамбо лишний раз.
Иджи отвечала подчёркнуто вежливо, но напряжения в её голосе не заметил бы только идиот. Интересно, что произошло между ними двумя?
– Достаточно, сёстры. Сесилия?
Сил, невозмутимая и словно окаменевшая, наконец отмерла – как в замедленной съёмке повернулась, оглядела Джин, даже ни разу не моргнув, прицокнула языком.
– Против. Чужим тут не место. Но я говорила с Жанетт, объяснила, что у нас происходит. Её голос за.
Юджина кивнула.
– Так, остался один… Ритта?
Кажется, встречаться с этой ведьмой Джин раньше не доводилось. Высокая, фигуристая, она улыбалась как сытая кошка, а русые локоны, отливающие рыжиной, спадали на грудь почти до самой талии. Иджи упоминала Ритту лишь раз, и то мельком – та, мол, однажды покинула ковен. Но, как видно, сюда и впрямь можно было вернуться.
– Против, – сказала Ритта и зевнула так сладко, что у Джин немедленно свело скулы. – Пусть Афина доведёт дело до конца.
На миг в зале воцарилась тишина – даже подвески на люстре больше не шелестели.
Верховная застыла напротив Джин мраморной статуэткой. Вот только от статуэтки не возникло бы такого ощущения нарастающей угрозы, которая вскоре обрушится на тебя – и тогда случится что угодно. Но, конечно, ничего хорошего.
– Что ж, – проронила она, – поровну. По традиции я могла бы решить этот небольшой вопрос сама, однако… Мне любопытно, почему на сей раз в наших стройных рядах возникли разногласия. Пожалуй, это стоит небольшой, но увлекательной беседы.
Тяжёлые двери распахнулись, и из коридора пахнуло чем-то приторным. Джин с трудом держала лицо, пытаясь не морщиться.
– Пройдись пока по дому, Вирджиния. Нам нужно десять-пятнадцать минут. «Луизианский приют» в твоём распоряжении. Но проникать в закрытые комнаты не советую. Здесь, в конце концов, ещё есть постояльцы.
Она казалась себе оглушённой, попавшей в самое сердце красочной, многолюдной ярмарки – и это при том, что ни одна из ведьм не перешла на крик в ходе обсуждения, никто не применял чары. Пропитанный магией, «Луизианский приют» теперь реагировал на Джин совсем иначе, нежели в их первую встречу, – чувствовал пробудившийся дар.
– Как скажете, Верховная.
По коридору до конца – и вниз, как можно дальше от зала. На входе дышалось свободнее, можно было размять затёкшие руки и ноги – попробуй-ка постой неподвижно, пока тебя рассматривают из каждого угла!
Джин потёрла ладонями лицо, энергично хлопнула по щекам. Даже сама обстановка в зале собраний завораживала, сбивала с толку, а что уж говорить о ведьмах… В конце концов, она явилась сюда не просто поболтать.
