Митко снова встретил меня улыбкой.
– Доброе утро, – поздоровался он.
– Доброе, – отозвалась я. – Начнем?
– Я готов.
Когда он заговорил, то показалось, что его слова не несут какой-то важной информации. Он рассказывал о том, как хорошо ему жилось в детстве с вполне себе нормальными родителями и младшей сестрой. О том, как мама и папа устроили сына в крутую школу с углубленным изучением английского языка, а когда их сын был в десятом классе, они развелись.
– Тогда-то все и полетело к черту, – рассказывал Русый. – Мать решила оставить себе сестру, а я стал жить с отцом. Это было последнее лето в моей жизни, когда я еще мог спать спокойно.
– Я сочувствую, – произнесла я. – Только не понимаю, при чем тут развод ваших родителей.
– При том, что летом наш класс отправляли за границу, чтобы мы совершенствовали там английский. Я тоже поехал. Мы жили в Эдинбурге и Манчестере, а там очень круто. Посмотрел я на ту жизнь, подумал-подумал и решил, что когда-нибудь переберусь туда насовсем. Но до этого момента мне нужно было заработать денег.
Я отбился от рук. С плохой компанией не просто связался, а стал там своим в доску. Ребята не казались плохими. Скорее, их просто мало кто понимал. Отец к тому времени нашел себе новую подругу. Мать обо мне не вспоминала, я же типа взрослый. С горем пополам окончил школу. Оценки по предметам были конкретно плохие, а вот английский я отполировал до блеска. И нашел ему применение.
Мы с парнями тусили в аэропорту, прикидывались иностранцами. Я быстро понял, что это открывает новые возможности. Первую машину я угнал именно со стоянки возле аэропорта. Она была почти новой. Я прикинулся только прилетевшим в Тарасов англичанином, которого ждет водитель, так меня и пропустили на стоянку. С уважением. После меня свели с тем, кто приобрел угнанный «Форд» за неплохие деньги. С тех пор я занялся угонами вплотную. Стал профи. Ни разу не был пойман. Вот такой вот талант.
Однажды покупатель, сев за руль очередной угнанной тачки, сказал, что хочет сделать пробную поездку. Я согласился подождать его. Пока он «пробовал», ко мне подвалил его напарник и попытался объяснить, что лучше бы им эту тачку подарить. Я не стал спорить, а ударил первым. Не сразу понял, что он не дышит. А когда понял, что убил, то совсем озверел. Потому что был вынужден это сделать, потому что заставили.
С угонами завязал, хоть навыки и остались. Заперся дома, просидел там неделю. Все боялся, что вот-вот придет милиция и меня арестуют. Или найдут те, кому я сбывал угнанные тачки. Но этого не случилось. Про меня словно забыли.
Когда пришел в себя, то решил покончить со всей этой фигней. Утренним автобусом уехал в соседний городок. Там тоже люди живут, знаете ли. Попытался устроиться переводчиком в турфирму, которая занималась тем, что возила забугорных гостей по полям с заездом в монастыри. В фирме мне сказали, что мой английский недостаточно хорош.
Слушать Русого можно было бесконечно, но я начала догадываться, куда он клонит.
– И куда же вас привел ваш «плохой» английский?
– В Лондон. Мне стукнуло двадцать. Решил превратить детскую мечту в реальность. Пошерстил англоязычные сайты, понял, что там нужны умелые руки. Поехал, чтобы работать на стройках. Попытка начать жизнь с нуля, знаете ли. С моим-то знанием английского я точно бы не пропал. Но вышло так, что познакомился там кое с кем. Я помогал ему строить дом на окраине города. Лет ему тогда было что-то около пятидесяти, сейчас это совсем старик. Так вот, он уехал из родной страны, женившись на богатой англичанке. После ее скоропостижной кончины остался в Англии, унаследовав и ее дом, и ее счета, и маленьких собачек. Но он не потерял связь с родиной. Любил откушать борщ на ужин, завел прислугу из русских. Отмечал Пасху и даже ездил куда-то, чтобы приложиться устами к православным мощам. Ему нужен был тот, кто умеет работать не только руками, но и головой. Я подошел ему во всех смыслах.
Быстро понял, что он связан с криминалом. Какого масштаба была эта связь, вы сейчас поймете – он мог купить своей второй жене любую машину, какую она пожелает. А на день рождения подарил ей квартиру в Сохо и маленький магазин сладостей. За какие такие услуги ему платили деньги, я не знал и знать не хотел, пока случайно не услышал его разговор по телефону. Своими именами он вещи не называл, но некоторые термины мне были знакомы. Он искал одиноких и безнадежно больных стариков, втирался в доверие и, разумеется, вежливо просил их завещать жилплощадь одной благотворительной организации, которую и возглавлял. Ему верили, он был красноречив и честен. После того как завещание было оформлено, старики умирали. Конечно же, своей смертью. Ну, вы понимаете, да?
