– Вы, разумеется, можете отказаться, – сказала я ему по громкой связи, стоя перед открытым чемоданом в спальне собственной квартиры. – Никто силком не потащит, но вы мне там будете нужны. Без вашей помощи будет сложно обеспечить вам спокойный сон по ночам на всю оставшуюся жизнь. Никаких гарантий дать не могу.
– Это аргумент, – согласился он. – Но вы меня не заставите.
– Не так давно вы сами хотели туда вернуться, – напомнила я.
– Это совсем другое дело.
– Да дело то же самое, что и раньше. Понимаю, были причины передумать. Но сейчас у вас появился вполне реальный шанс покончить с этой историей. Или дело в финансах?
Ну вот, спросила.
– Я в состоянии оплатить и ваш труд, и свое пребывание в Великобритании, – успокоил меня Колесников. – Насчет второго: а целесообразно ли?
Колесников прервал звонок. Я же продолжила собираться. Что-то мне подсказывало, что он все-таки решится на поездку. Он неглупый человек, которому просто нужно время, чтобы все обдумать. Кому-то серьезные решения даются легко, а кому-то приходится бороться со своим вторым «я». Так оно и вышло в итоге. Сергей Викторович согласился отправиться в Великобританию. Окончательно сдался только тогда, когда услышал о том, что его все еще могут искать.
Документы на визу собрали быстро. Отправили их в визовый центр и стали ждать решения. Сергей Викторович, наверное, в глубине души очень надеялся на отказ. Но у него не выгорело – визы нам дали.
Улетали ночью. Кирьянов командировал в проводники Гарика. Сначала Гарик заехал за мной, а потом мы отправились на конспиративную квартиру, где последние полторы недели проживал Колесников по причине того, что предполагаемые преступники могли знать его домашний адрес.
– Мне надо заскочить домой, – сказал перед самым отъездом Сергей Викторович. – Я быстро покидаю в сумку все, что нужно, а вы пока подождете в машине.
– А я вас провожу, – напросился в гости Гарик. – И мне будет спокойнее, и вы не задержитесь.
Колесников согласился, но без особой радости. Его сборы заняли рекордно короткое время – двадцать две минуты.
Добраться до Лондона из Тарасова нам предстояло на самолете с пересадкой в Санкт-Петербурге, а по времени весь путь занимал около девяти часов.
– Формально вы потратите на это один рабочий день, – заметил Гарик, когда мы остановились около входа в терминал, чтобы покурить перед дорогой.
– Вы знаете, а двадцать лет назад дорога от Тарасова до Лондона отняла бы больше времени, – вспомнил Колесников. – Мы с Андреем испсиховались, а на нервах многое забывается. Но помню, что купили в кафе какие-то беляши с кофе и боялись выглядеть круче, чем выглядели на самом деле.
– Ох уж эти строгие работники аэропорта, – заметил Гарик. – Порой так на тебя посмотрят, что вся жизнь пролетит перед глазами.
– Есть такое дело, – согласилась я. – Даже если у тебя нет в багаже наркотиков, всегда кажется, что именно у тебя их и обнаружат.
Гарик остался у входа в терминал, когда мы прошли первый таможенный досмотр. Он внимательно наблюдал за тем, как мы, подхватив свой багаж, двинулись в центр зала. Я успела помахать ему рукой. В ответ он изобразил, что разговаривает по телефону. Понятное дело, я обещала держать его в курсе.
За Колесниковым я следила очень внимательно. Все еще существовала вероятность того, что он передумает лететь и сбежит. Но он вел себя совершенно спокойно. То ли смирился с тем, что приготовила ему жизнь, то ли немного подкорректировал свое отношение к ситуации, выбрав решительность вместо паники.
В любом случае проблем с ним не возникало. А вот в тех, кто нас окружал, я не могла быть уверена на все сто. Конечно, пронести в здание терминала какое-либо оружие практически невозможно, но кто сказал, что человеку можно навредить только с помощью пули или ножа? Смертельная инъекция тоже могла сотворить «чудо». В общем, в полной безопасности Колесникова я все еще сомневалась. И в своей собственной – тоже.
Оказавшись в салоне самолета, я шла по проходу за спиной клиента, периодически заглядывая под его локоть. Только так я могла видеть, кто стоит у него на пути. Идти первой было нельзя, потому что тогда я теряла клиента из вида. Когда наконец мы нашли свои места и разобрались с ручной кладью, я позволила себе выдохнуть.
Почти девять часов дороги нас основательно утомили, но внутреннее напряжение придавало сил и не позволяло сомкнуть глаз. И когда наш самолет приземлился в Хитроу, мы с Колесниковым выглядели так, словно только что проснулись после здорового долгого сна.
Отель бронировал Сергей Викторович. Он сам предложил это сделать, когда мы были в Тарасове, и я согласилась. Он неплохо знал город, значит, вопросы с заселением ложились на него.
– Поедем на метро или на такси? – спросил он после того, как нас беспрепятственно пропустили на паспортном контроле. – Я бы выбрал метро. Это дешевле и интереснее.
Пока что я решила слушаться его во всем.
