− Вы должны поехать со мной, − потребовал Валентин у врача, дежурившего в медблоке следственного управления.
Высокий и худощавый врач без промедления взял свой медицинский сундук и направился вслед за Фошем. Еще ни разу за свою службу в управлении он не видел главного королевского следователя в таком взбудораженном состоянии.
На улице Валентин заприметил Гариетта.
− Эй, вы куда? – возмутился Кряж. – У меня дела. Я первый Гариетта ангажировал. Ищите другой дилижанс.
Но мужчины его не слушали. Все трое забрались в двухместный экипаж, после чего возничий тронул лошадей.
− Теон, Гариетт подвезет нас к моему особняку. Потом поедешь по своим делам, − безапелляционно заявил другу Фош.
− А что за спешка?
− Нани сильно заболела, − ответил Анатоль.
Валентин же принялся обрисовывать доктору все замеченные им симптомы болезни у Нани.
− Иногда лихорадка накладывается на пережитый стресс, и тогда заболевание длится гораздо дольше. Я знаю много случаев, когда даже сильная энергия кудесника не справлялась, и процесс выздоровления затягивался, − успокоил следователя врач. – Но я, конечно, посмотрю. У меня с собой считыватель всех показателей органов жизнедеятельности, считыватель выявит любое отклонение от нормы.
Нани не понимала, что с ней происходит. Вроде бы пьет нужные лекарства, соблюдает постельный режим, а улучшений нет. Более того, сегодня она упала в обморок. Сразу после разговора по радиобудке с Валентином. Повезло, что на полу в ее комнате постелен толстый ковер, при падении она не сильно ударилась. После обморока девушка боялась встать с кровати, боялась, что опять упадет. И еще, эти странные желтые сполохи от ее колечек. Такой цветовой спектр появился на кольцах впервые.
Она слышала, как открылась входная дверь. Раз голограммы не появились, значит, пришел Валентин. Плохо, что любимый мужчина увидит ее в таком жалком состоянии. Нани попыталась сесть, но закружилась голова.
− Нани! – ворвался в комнату Фош.
За его спиной девушка углядела Теона с Анатолем и незнакомого мужчину. Эх, в таком виде ее застали! Непричесанную, бледную. Хорошо, что у нее хотя бы хватило с утра сил переодеться в домашний костюм.
− Я привез доктора, − сообщил ей Валентин, удерживая холодные руки кудесницы в своих теплых ладонях.
− Не послушался, − улыбнулась Нани.
− Я подумал, что помощь специалиста не помешает.
− Нани, наверное, в том помещении, где тебя теург держал, было сыро, − предположил Анатоль.
− Или холодно, − добавил Теон.
− Там было душно, − опровергла их версии Нани.
− От смены температурного режима тоже недолго лихорадку подхватить, − авторитетно заявил доктор. – А теперь, разойдитесь, я осмотрю девушку.
Эскулап приложил на лоб Нани липучую ленточку для измерения температуры, попросил ее открыть рот. После осмотра гортани, долго светил трубкообразной лампочкой в зрачки.
− Температура ниже нормы, − проверил он показатели, отразившиеся на ленточке.
− У нас много лекарств, − сообщил Фош.
− Боюсь, они не помогут, − мельком кинул врач взгляд на стол, заставленный сейчас аптечным ассортиментом.
− Скажите, что надо. Я раздобуду любое лекарство, − готов был бежать Валентин сию секунду в аптеку.
− Мне надо кое-что проверить. Надеюсь, я ошибаюсь, − достал доктор из своего сундука прибор-считыватель.
− Только не скрывайте от меня ничего, − попросила Нани врача.
Мужчина кивнул и подсоединил к животу, шее, голове кудесницы трубки-присоски и включил аппарат.
Несколько лет назад Нани читала в новостном Вестнике о появлении такого аппарата. Его изобрел студент Академии медиков. Почему-то изобретение не попало в рубрику «Хит сезона», а ведь какая полезная вещь.
− Я слышал, считыватель был усовершенствован, – как будто прочел ее мысли Кряж.
− Да, − подтвердил врач. – Тот, что изобрел студент, имел недочеты и не давал точных показателей. В прошлом году аппарат удалось довести до ума, что существенно облегчило задачу постановки диагнозов.
Он замолчал и сосредоточился на графиках, которые стали появляться и пульсировать на считывателе.
Валентин смотрел на графики, но ничего не понимал в них. Теон и Анатоль напряженно ждали.
Нани лежала с закрытыми глазами, ее мутило, она уже не могла притворяться, что с ней все в порядке.
− Что показывает считыватель? – не выдержал Фош.
Доктор не ответил. Аккуратно отлепил от тела Нани все присоски, протер их и вместе с прибором убрал в медицинский сундук.
− У девушки есть марки? – неожиданно спросил он.
− Что?! Нет! – нервно дернул воротник своей рубашки Валентин. – То есть, марки у Нани есть. Но вы же не хотите сказать…
− К сожалению, именно это я и говорю. Девушка умирает. Сутки – это самое большее, сколько она еще протянет. Если отравление случилось без умысла, каждая марка жизни будет дарить ей дополнительный год. Если же девочку травили сознательно… Мне жаль.
− Отравили? – изумленно выдохнул Анатоль.
− Нани, родная, ты ела что-нибудь в том подземелье? – опустился Фош на колени возле ее кровати.
