У мужчины бешено колотилось сердце, впервые в жизни он не мог мыслить связно. Он не верил, что такое вообще возможно, не верил в то, что его Нани может умереть.
− Не ела. Только воду пила, − слабо сказала кудесница. Силы ее таяли, она бы поплакала, но внутри нее все как-то замораживалось, твердело, слова давались с трудом.
− Через воду могли отравить, − подтвердил доктор такую возможность.
− А кроме воды? – резко спросил Теон. Он вообще выглядел невменяемым. Сжимал кулаки и ни секунды не стоял на месте.
− Внутренние органы девушки выглядят так, как будто она надышалась отравой.
− Надышалась? – хриплым голосом переспросил Фош.
− Данный вариант видится мне наиболее вероятным, − кивнул доктор. – Понимаете, попади отрава с пищей или водой, Нани умерла бы в тот же день. Но в ее случае процесс атрофии органов жизнедеятельности происходит постепенно. Так бывает, когда яд проникает через дыхательные пути.
− А что, противоядия нет? – спросил Анатоль.
Все с надеждой уставились на эскулапа.
− Считыватель указал на очаг, куда яд проник первым делом. Надежды не было никакой с самого начала.
− Как же понять, отравили Нани, или это была случайность? – с жалостью смотрел Анатоль на свою подругу.
− В заброшенной Провинции мы видели деревья с белой коростой. Их стволы и корни давно высохли. На одном мы даже сидели, − пришла Валентину догадка, откуда мог взяться яд.
− Ты еще обратил внимание, что дерево странно пахнет, − попыталась улыбнуться Нани.
− Так в этом дело, да? – стал догадываться и Анатоль. – Не зря в той Провинции никто не селится. Отрава, которую теурги бросили в колодец, попала и в землю. От нее и деревья погибли, а яд в коросте остался.
− Валентин, но в этом случае ты тоже должен был отравиться, − заметил Кряж (следователь по делам коррупции не знал о второй сущности своего друга). – Вы же вместе там были и сидели на том дереве.
− Не обязательно, − объяснил доктор, − все зависело от направления ветра и расположения ядовитой коросты, ее близости к человеку.
− Зачем ты ее потащил туда? – набросился с упреками Кряж на Валентина. – Съездил бы сам, один. И с ней все было бы в порядке!
− Думаешь, я уже не подумал об этом? – злился Фош. Он корил себя за свой эгоизм. Именно его желание постоянно находиться рядом с девушкой привело к такому плачевному исходу.
− Ты виноват! – не успокаивался Кряж.
− Теон, не надо, − попросила Нани. – Я сама хотела посмотреть на заброшенную Провинцию.
− Думаю, вам всем надо успокоиться, − взял на себя миротворческую миссию доктор. – Исходя из ваших слов, можно надеяться, что мы имеем дело не со спланированным отравлением.
Нани скрутила судорога, Валентин прижал ее к себе, стал целовать, шептать ласковые слова.
− Пожалуй, не помешают обезболивающие. Будет немного полегче, − решил врач и отдал главному королевскому следователю упаковку с нужными таблетками.
− Я остаюсь в твоем доме, − твердо сказал Теон.
− И я, − не мог в такую минуту оставить кудесницу Анатоль. – Можно только воспользуюсь вашей радиобудкой? Надо отца предупредить, как бы он со своими экспедициями в заброшенную Провинцию на эти деревья с коростой не наткнулся.
Валентин неопределенно кивнул. Ему было все равно. Он обнимал свою любимую и ничего не замечал вокруг.
Нани Лавуан умерла ночью.
Это так странно, знать, что ты вот-вот умрешь и не знать – вернешься или это твои последние минуты.
Таблетки, оставленные доктором, помогли, смягчили болевую агонию.
Теон и Анатоль уснули в креслах. У Анатоля упала книга на пол, а Теон сильно запрокинул голову и спал в неудобной позе, в такой, после которой обычно больно вертеть шеей.
Валентин все последние часы ее жизни лежал рядом, обнимал, рассказывал о том, как жил до встречи с ней и о том, как заболел ею, когда увидел. Он никогда так много не говорил, как в эти часы. А Нани слушала и смотрела в любимые глаза.
Какое же это везенье – найти свою истинную пару. Несмотря на то, что с ней сейчас происходило, Нани была счастлива.
Ее сознание уловило наступление крайнего мига, сердце только что стучало, и вот делает последний удар.
− Люблю тебя, − прошептала она, глядя в полные муки глаза обожаемого следователя.
Валентин не закричал даже, из его горла вырвался нечеловеческий звук. Если бы Теон и Анатоль застали те времена, когда в Королевстве жили рептилии, они бы знали, что так кричат от боли раненые люди-ящеры.
− Когда? – подскочил Теон.
− Только что, − прижимал к себе Фош безжизненное тело любимой девушки. Ее длинные волосы свесились на пол, он заметил это и приподнял белокурые пряди.
− Время засекли? – напряженно глядел Анатоль на свою подругу в руках следователя. Парень никак не мог поверить, что Нани действительно умерла.
− Я включил таймер, − сообщил Кряж. Он также не сводил глаз с кудесницы.
− Вы знаете, сколько должно пройти минут? – спросил Анатоль старших мужчин. Сам он еще никогда не сталкивался с действием марки жизни, а люди болтали разное.
− Сердце запускается в промежуток от одной до пяти минут, − глухо сказал Валентин. – Никогда дольше. Следите за марками.
