– Да не важно, – сказал Локк. – Через три дня – вернее, уже через два с половиной – в Каморре будет два Серых короля, и один из них – я.
– О Тринадцать… – Жан опустил голову и устало потер глаза ладонями.
– В общем, плохие новости такие: капа собирается женить меня на своей дочери, а Серый король требует, чтобы я под видом него отправился на тайную встречу с Барсави. – Локк ухмыльнулся. – Хорошая же новость состоит в том, что я не залил кровью новый вексель на четыре тысячи крон.
– Я его убью, – решительно заявил Клоп. – Дайте мне арбалет с отравленными стрелами, и я всажу по одной в каждый глаз.
– Тебя послушаешь, Клоп, так твой прыжок с крыши начинает казаться вполне себе благоразумным поступком.
– Но ведь никто такого не ожидает, верно? – Клоп, сидевший у самого окна, повернул голову и несколько мгновений напряженно смотрел в него, как часто делал на протяжении всей ночи. – Они знают, что на них в любую минуту может напасть кто-нибудь из вас четверых. Но от меня-то подобного не ожидают. И вдруг – раз! – я выскакиваю из-за угла. Один выстрел в рожу – и нет больше Серого короля!
– Даже если допустить, что Сокольник позволит твоим отравленным стрелам поразить цель, он уже в следующую минуту уничтожит всех нас на месте, – сказал Локк. – А также я сильно сомневаюсь, что чертова птица станет летать вокруг башни у нас на виду.
– Но наверное-то никогда не знаешь, – ответил Клоп. – Мне кажется, я ее уже видел раньше – когда мы поджидали дона Сальвару в переулке.
– Уверен, я тоже видел. – Кало гонял солон по костяшкам левой руки, не глядя на него. – Когда я душил тебя там, Локк, над нами пролетела какая-то птица. Крупнее и быстрее обычного вьюрка или воробья.
– Значит, он и впрямь следил за нами и знает о нас все, что нужно знать, – сказал Жан. – Сейчас, конечно, разумнее будет уступить и подчиниться, но тем временем надо придумать, как бы вырыть под него яму.
– А наши дела с доном Сальварой мы сворачиваем? – кротко спросил Клоп.
– Мм? Нет. – Локк решительно помотал головой. – Пока что для этого нет причин.
– Как – нет? – удивился Галдо.
– Мы помышляли свернуть дела потому лишь, что хотели укрыться от Серого короля, опасаясь за свою жизнь. Но теперь мы точно знаем, что он нас не тронет, по крайней мере в ближайшие три дня. Так что наше предприятие с доном Сальварой идет прежним чередом.
– Ага, еще три дня. Пока у Серого короля не отпадет надобность в тебе. – Жан сплюнул. – А дальше при любом раскладе – одно: «Благодарю за сотрудничество, вот вам всем в награду нож в спину».
– Не исключено, – согласился Локк. – Поэтому мы поступим следующим образом. Ты, Жан, сегодня побегаешь по городу, когда немного выспишься. Сначала отменишь заказ на места на корабле. Если нам придется спешно скрываться из Каморра, ждать отплытия судна мы не сможем. Затем сгоняешь к Виконтовым воротам, сунешь страже еще деньжат. Если явится необходимость бежать, мы сбежим посуху, и я хочу, чтобы ворота распахнулись перед нами быстрее и шире, чем двери борделя. Кало, Галдо, вы раздобудете для нас фургон и поставите за храмом, приготовите парусину и веревки для упаковки. Закупите еды и питья в дорогу, все самое простое и сытное. Еще запасные плащи, неприметная одежда – в общем, сами знаете. Если столкнетесь с кем-нибудь из Путных людей, намекните, что через пару дней у нас наклевывается выгодное дельце. Барсави будет доволен, коли узнает. Клоп, мы с тобой займемся делом в хранилище. Достанем из колодцев все наши накопления до последней монетки и сложим в мешки, чтобы в случае чего за несколько минут перетаскать всё в фургон.
– Разумно, – кивнул Клоп.
– Значит, братья Санца держатся вместе. Ты, Клоп, ни на шаг не отходишь от меня. Никто ни минуты не действует в одиночку, кроме тебя, Жан. С тобой вряд ли какая беда стрясется, если только Серый король не прячет в городе целую армию.
– Ты же меня знаешь. – Жан закинул обе руки за шею и выхватил из-под широкого кожаного жилета, надетого поверх простой полотняной рубахи, два одинаковых топорика длиной фута полтора – с обвитыми кожаным шнуром рукоятями и прямоугольными черными лезвиями ланцетной остроты, уравновешенными вытянутыми обухами с железным шариком на конце; Злобные сестрицы, любимое оружие Жана. – Я никогда не хожу один, нас всегда трое.
– Вот и славно. – Локк подавил зевок. – Если нам потребуются еще какие-нибудь блестящие мысли, пораскинем умом по пробуждении. А сейчас давайте закроем окна, задвинем дверь чем-нибудь тяжелым и зададим храпака.
Благородные Канальи с трудом поднялись на ноги, собираясь привести в исполнение этот разумный план, как вдруг Жан вскинул ладонь, призывая товарищей прислушаться. Наружная лестница трещала и скрипела под шагами многих ног. А в следующую минуту кто-то забарабанил в дверь.
– Ламора, открывай! – раздался громкий мужской голос. – Мы от капы!
